А почему она тебя так заинтересовала?
Макс смотрит изучающе, парни из охраны стоят двумя каменными глыбами, народ прибывает, нас в помещении всего четверо. Но не стану же я рассказывать, как эта Евгения Генриховна ввалилась в тот дом, обезвредила меня электрошокером, и я валялся перед ней голый на тканых половиках?
Нет, конечно, не буду. Как и о том, что у нас был секс. Восхитительный, острый, жаркий до такой степени, что мы могли топить снег во всей деревне.
— Не твое дело. А твое дело узнать все и предоставить информацию мне.
Чтоб завтра все было.
— Завтра Новый год.
— А мне плевать, хоть конец света, — повышаю голос, я требую от своих подчиненных четкого выполнения указаний. А за то, что мы с Максом многое прошли, ему поблажки не будет.
— Господин Дымов, все готово, Маша ждет.
В комнату заглядывает Вершинин, хороший парень, Дашка любит его. Грамотный управленец, будет на кого оставить все нажитое добро после того, как меня прикончит киллер, если этот, мать его, начальник безопасности не найдет заказчика.
— Да, иду. Макс, ты услышал меня?
— Да, босс.
Пихаю ему в грудь папку с бумагами, иду на выход. Надо собраться, сегодня свадьба дочери, ее день, пусть моя девочка будет счастлива. Она такая красивая, вся в мать, темные волосы, белое платье по фигуре, улыбка, в глазах блеск.
— Мария, ты сегодня особенно прекрасна.
Смотрю на свою девочку и чувствую, как в сердце разливается любовь. Поправляю фату, трогаю волосы.
— Мама была бы счастлива за тебя.
— Я знаю, она всегда со мной рядом.
— Ты готова?
— Да.
— Тогда идем.
Сквозь стеклянный купол зимнего сада, расположенного на крыше высотки, пробивались яркие лучи солнца, освещая тропический лес посреди зимы. Было даже слышно пение птиц, я вел под руку свою красавицу-дочь навстречу ее будущему мужу.
А дальше все как полагается, свадьба пела и плясала, гостей было не так много, только все самые близкие. Но меня все не покидали мысли о Евгении, о том, какие они разные с моей покойной женой.
Абсолютные противоположности во внешности, но все-таки есть что-то общее.
То, как Женя гордо смотрела, не теряя достоинства, как отвечала, как держала себя. Красивая, почти прозрачная кожа, холодные голубые глаза, но я-то помню, какая она была в моих объятьях. Как ела бруснику из рук и улыбалась, топя мое ледяное сердце, облизывая пальцы.
Нет, надо обязательно докопаться до истины.
