Окаянные девяностые

Баклажан (ауди) проехал светофор на Пехотинцев, сворачивает на Бабеля.

Стрельцов снял наушники, перевел переговорник на громкую связь, и в салоне отчетливо зазвучал голос Первого:

— Катим по Бабеля. За Баклажаном и собой хвоста не вижу.

— Дальше пойдут в сторону вокзала, и начнется игра в наперстки, — предположил Бульдог.

— Да, там есть парочка хитрых ходов и можно легко уйти в отрыв, — согласился водитель Сергей.

Их предположение подтвердилось. Первый докладывал:

— Баклажан прибавил скорость и уходит влево. Пересек «железку», все чисто.

— Ну, прямо как на войне, — хмыкнул Бульдог.

— На войне знаешь, где враг, а где друг, а тут неизвестно от кого и что прилетит, — обронил Владимир и ушел в себя.

Сергей сосредоточился на дороге и старался сохранять дистанцию с машиной Урмаса и Юзефа. Бульдог жевал жвачку и мял рукой теннисный мяч. Тишину салона нарушали потрескивание эфира в переговорнике и шелест кондиционера. Сергей прибавил газ, позади остался район Уралмаша.

— Шеф, Баклажан катит по Ленина, проскочил мединститут, свернул на стоянку у стадиона.

— Будь на месте и не спускай с него глаз! — распорядился Стрельцов, позвонил Юзефу и уточнил: — Как продавец, выходил на связь?

— Да, — подтвердил Юзеф.

— Все остается в силе, сказал ждать у стадиона.

— Ждите. Все нормально, я недалеко. Кресту обо мне пока ни слова. Позвони ему и уточни время сделки.

— Я все понял, Вольдемар, сделаю, как ты говоришь! — подтвердил Юзеф.

Стрельцов переключил переговорник на громкую связь и ждал дальнейшего развития событий. Ожидание затянулось на десять минут. К этому времени к стоянке у стадиона подтянулась вторая группа наблюдения и заняла позицию. И снова для Стрельцова наступила мучительная пауза. Стрелки часов медленно тащились по циферблату, когда, наконец, о себе напомнил Крест. К стоянке у стадиона подъехал белый мерседес. На него тут же среагировали наблюдатели.

— Шеф, это я — Первый! Похоже подвалили наши клиенты! Стекла тонированные, хрен чо разглядишь! Остановились! Ждут…

— Это Крест! Он, гад, любит белые тачки, — заключил Бульдог и предупредил: — Готовьтесь, братва, щас точно начнут играть в наперстки.

— Тише! — цыкнул Стрельцов и надел наушники.

— Из Баклажана вылез Длинный прибалт, идет к мерсу. В мерсе тоже началась движуха. О, так это же Крест?! — поддался эмоциям и забыл о конспирации Первый. — Длинный встретился с Крестом. Базарят.