Окаянные девяностые

Крест не оставлял попыток проверить подвал и чердак медслужбы, на этот раз он решил подобраться к ней со стороны пристройки. Трое «торпед» вместе с ним вошли в подъезд. Время начало свой неумолимый отсчет. Взгляд Стрельцова метался между окнами квартиры Харламова и вторым выходом на чердак. Он мысленно считал секунды, отпущенные ему судьбой, и надеялся на удачу. И она, наконец, улыбнулась ему. В окне гостиной появился он — Харламов! Нет, это не было обманом зрения, в прицеле был отчетливо виден рваный шрам на правой щеке.

В этот миг для Стрельцова перестали существовать мечущаяся во дворе свора бандитов и те, кто подбирались к нему со стороны пристройки. Он видел перед собой только одну цель — Харламова.

Палец выбрал свободный ход спускового крючка и нажал. Слабый хлопок слился со звоном разбитого стекла. Фигура Харламова надломилась и исчезла за подоконником. Отшвырнув винтовку, Стрельцов ринулся к люку, кубарем скатился по лестнице и оказался в гардеробной. Последние пациенты тянулись на выход.

Он присоединился к ним, прошел по коридору, спустился в подвал и через выставленное оконное стекло выбрался в сквер. За ним его ждала машина с Галлиевым.

Опытный агент американской разведки Беднов-«Колокол» действовал по всем правилам шпионского искусства. Встречу с Карповым, на которую тот должен был принести копии совершенно секретных чертежей системы подачи топлива в новый ракетный двигатель РХД-5, Беднов назначил не в Верхней Салде, а подальше от чужих глаз, в Нижнем Тагиле, у центрального отделения почты.

В 9:30 он въехал в город и, проверяясь, покружил по центральной части. Контрразведка себя никак не проявила. Не доверяя своим ощущениям, Беднов решил подстраховаться и направил машину к городскому рынку.

Стрелки часов на входе в центральный павильон показывали 10:15. Торговля была в самом разгаре. Огромная толпа не помещалась на территории рынка и многочисленными ручейками растекалась по прилегающим улицам. Затеряться в ней не составляло большого труда даже человеку далекому от спецслужб.

Оставив машину на стоянке, Беднов окунулся в людскую реку, потолкался среди торговых рядов и, сменив рубашку, кепку, пешком отправился к месту встречи. Дошел до сквера; за ним через дорогу располагалась почта, выбрал укромное место и стал наблюдать за тем, что происходило на подступах к ней.

На первый взгляд ничто не выбивалось из привычного ритма жизни и ничто не резало глаз.