Охота на лошадей

– Один? – В его голосе послышались нотки тревоги, которые я истолковал как нежелание оставаться в Санта-Барбаре с Юнис.

– Вы нужны здесь, – успокоил его я. – И не говорите Юнис, куда я поехал.

– Не скажу. – Уолт сердито взглянул на меня.

На машине, взятой напрокат, мы подъехали к окрестностям фермы Орфей. Там я показал Уолту место между трех скат, поросших диким кустарником, где спрятал радиомагнитофон. Ближайший паддок с аккуратной оградой находился всего в нескольких футах, а дом примерно в четырех ярдах. Мы достали магнитофон и остановились чуть дальше по дороге.

– Предположим, он видит нас? – Уолт наблюдал, как я перекручиваю пленку.

– Он подумает, что мы следим за жизнью на ферме, чтобы выяснить, когда лучше увести Мувимейкера. Радиомагнитофон может принимать передачи «жучка» из его кабинета с расстояния в четверть мили, но звук будет, конечно, слабее. Придется работать на системе, улавливающей колебания воздуха, а это хуже, чем на электричестве. Вы используете «жучки»?

– «Жучки»? – Он покачал головой.

 – Нечасто. Фотоаппарат с телескопической линзой лучше. Захватываешь симулянта, когда он разгуливает на своих парализованных ногах, за которые требует выплатить страховку. – В голосе Уолта прозвучало удовлетворение. Как и я, он был охотником до мозга костей.

Мысленно улыбаясь, я включил магнитофон. То и дело прерываемые паузами, дневные разговоры Кэлхема Джеймса заняли на пленке три четверти часа, но ничего полезного для нас в сказанном им не было. Я снова перекрутил пленку, и мы спрятали магнитофон на прежнее место.

Уолт согласился приехать после заката солнца и прослушать дневной сбор.

Он отвез меня в аэропорт Лос-Анджелеса, и я успел на самолет, прибывающий в Лас-Вегас во второй половине дня. Когда мы приземлились и открылась дверь самолета, жара пустыни ударила в лицо, будто из печи. Табло на ближайшем здании оповещало население, что в тени (неужели кому-то повезло найти тень?) сорок три градуса.

Я снял номер в городском мотеле и, войдя, обнаружил, что кондиционер, включенный на полную мощность, почти не дает прохлады.

Клерк, только что взявший с меня деньги за номер с кондиционером, признал, что это очень старый и малоэффективный аппарат. В июле они ожидают новые. Не вызывающий подозрений «Понтиак», который он нанял для меня, оказался чуть прохладнее. Для ориентировки я немного поездил по городу, а затем повернул на Питтсвилл-бульвар.

Дома с большими номерами растянулись на две мили и перешагнули черту города.