Охота вслепую

Я провожу-с.

Они прошли в левое крыло и спустились по лестнице в подвальное помещение. Сержант ожидал увидеть кафель на стенах — белый и стерильный, как во всех банях и спорткомплексах. Так и есть, только плитка оказалась под дерево, потолки отделаны пластиковыми панелям под гипсовую лепнину, но общее впечатление от интерьера было вполне расслабляющее, интимное. Главное, Рафику, наверное, этот бордель очень нравился.

Официанистый парень завел Сержанта в кабинет. Тут стояли деревянные лавки, большой стол на толстых, словно бы рубленых, ногах, тяжелый буфет в углу — в таком же псевдодеревенском стиле.

— Вы располагайтесь, а мы сейчас все оформим-с.

Сержант недолго оставался один. Послышался деликатный стук, и в дверь впорхнула симпатичная девица Она с привычной фамильярностью поздоровалась с гостем и, одарив его заученно обаятельной улыбкой, изготовилась обеспечить ему приятный досуг. Но тут в кабинет постучавшись, ввинтился незнакомый Сержанту парень с рацией — наверное, более высокого ранга в этой оздоровительной империи.

Этот был тоже из пиковых. Он сделал строгий жест девушке, которая тут же улетела, и объявил, что Рафик приглашает гостя к себе в кабинет.

В предбаннике его обыскали с точно таким же рвением, как и в приемной у Мамонта. А после дотошного шмона завели в обшитую сосновой вагонкой вместительную комнату, где за длинным деревянным столом сидели шесть завернутых в простыни мужчин и играли в карты, не обращая внимания на суетящихся вокруг грудастых девиц в одних трусиках-стрингах.

На Сержанта уставились шесть пар пронзительных черных глаз. Он в свою очередь оглядел присутствующих, сразу заприметив среди них Важу Валиева, но виду не подал, отметив про себя, что в компании Рафика отдыхали не только пиковые, но и русские.

— Я уж падумал: неужто сам Мамонт рэшил бэз прэдупрэждения суда нагрянуть, — засмеялся худощавый кавказец с впалыми щеками и большой щелью между верхними резцами. На его шее болталась толстая золотая цепь, пальцы украшали тяжелые перстни.

А сползшая с плеч простыня позволяла увидеть подключичные звезды авторитетного вора в законе. На груди ощерился синий лев в ореоле топоров, кинжалов и стрел…

Остальные тоже были густо меченные тюрьмой. Судя по синим наколкам, все тут были высоких мастей. Только Сержант, которому предложили сходить попариться, а потом присоединиться, среди них гляделся как белая ворона.

Боковым зрением он ловил на себе взгляды людей, понимающих, что к ним забрел чужак.