Я хочу научиться защищаться от стригоев. И нападать на них. И закалывать их. Кристиан помогает мне в этом, вот и все.
Ее бессвязный лепет напомнил мне очаровашку Джил.
Серена заметно расслабилась, напустила на себя бесстрастный вид, характерный для всех стражей, хотя чувствовалось, что происходящее забавляет ее.
– Ну, похоже, у вас не слишком хорошо получается, – заявила она.
Кристиан с негодующим видом потер пострадавшую щеку.
– Ты не права. Видишь? Это я научил ее.
Веселый огонек в глазах Серены сменился серьезным, задумчивым выражением.
– И пока это единственное ваше достижение? – Она заколебалась, как бы собираясь принять серьезное решение, и потом добавила: – Послушайте, если вы говорите серьезно, то нужно учиться делать это правильно. Я могу показать вам как.
Ни за что!
Я была на грани того, чтобы рвануть в Лихай и продемонстрировать им приемы реального боя – на примере Серены, – когда что-то оторвало меня от Лиссы и вернуло к реальности. И конечно, это оказался Ганс.
На языке уже вертелось саркастическое приветствие, но он лишил меня возможности озвучить его.
– Оставь все это, пошли со мной. Тебя вызывают.
– Меня… что? – Никаких вызовов я не ожидала. – Кто?
– Королева, – с мрачным видом ответил он.
Четырнадцать
В прошлый раз, когда у Татьяны возникло желание устроить мне разнос, она просто увела меня в одну из своих личных гостиных, как если бы задумала пригласить на чашку чая, хотя обычно за чаем люди не кричат друг на друга.
На этот раз я ожидала чего-то в том же духе, но заметила, что Ганс ведет меня к главному административному зданию двора, где было сосредоточено моройское правительство и соответствующие службы. Дерьмо! Дело обстояло серьезнее, чем я думала.
И действительно, на пороге зала я почти окаменела и не сразу смогла войти – Гансу даже пришлось слегка подтолкнуть меня в спину, чтобы заставить сдвинуться с места. Зал был битком набит людьми."
"Не знаю точно, что это было за помещение.
У мороев для монарха имеется самый настоящий тронный зал, но не думаю, что это был он. Тем не менее зал дышал величием королевской власти – изящные растительные узоры, сияющие золотые канделябры на стенах. Даже настоящие свечи горели, бросая отблески на бесчисленные металлические украшения. Все сверкало так ярко, будто я попала в съемочный павильон.
И возможно, в каком-то смысле так оно и было. Потому что, оглядевшись, я поняла, где нахожусь.
