"
"— Ах ты, ирод, окаянный!
— Сталина на тебя нет, подонок!
— Он нас сплетницами обозвал, хамло!
— Иди, отседова, морда уголовная!
— У, как глазищами зыркает! Чисто демон!
— Чего тебе, Мишка, надобно? Опять пузырь на грудь принял и буянишь?
Машу перевозбужденным престарелым дамам рукой, и открываю подъездную дверь.
— Елизар! Тормози, разговор есть, — слышу знакомый голос.
Разворачиваюсь. Метрах в пятнадцати от меня стоит Саня в своей неизменной кепочке и коричневых брючках.
— Здорово, — подхожу и протягиваю ладонь товарищу.
— Чего хотел?
— Привет, — гопник с готовностью пожимает руку. — Тебя тут Лысый и Самоха искали. Просили передать, что Игнат с зоны вышел, надо встретиться, побазарить и подогреть пацана на первое время.
— Понял. Я тут причём?
— Так Игнат твой кореш по жизни, — у Сани округляются глаза от изумления. — Не, Миха, ты точно как с дуба рухнул.
— Мне, честно говоря, пофиг, кто там Игнат. Я же тебе уже говорил, что новую жизнь начать решил. Подальше от всего этого криминала.
— Понятно, — многозначительно протянул Саша, окидывая меня осуждающим взглядом. — Поменялся ты, Мишка, сильно поменялся.
— Ну поменялся, и что? — нагло ответил я. — Вот скажи, Саня, ты сидел?
— Было немного, — смущенно признается гопник. — Два года на малолетке. Если бы ты память не потерял, сам должен это помнить. Мы об этом говорили не раз.
— И как тебе там? — продолжаю напирать на товарища, — Понравилось?
— А то ты не знаешь, — бурчит парень. — Не особо.
Маргарин полный.
— Вот, — наставительно поднимаю палец. — Устраивает тебя такая жизнь? Как там, в «Джентльменах Удачи» говорили? «Украл — выпил — в тюрьму, романтика». Будешь так жить — долго не протянешь. Сдохнешь, либо от болячек, либо от алкоголя, или дружки на пику посадят.
Если в двух словах, вся жизнь будет проходить между парашей в камере и зоновским бараком. А в небольших перерывах между ними гоп-стопы, пьяные драки, потасканные стремные девахи и страшные бабищи не первой свежести.
Классно, да?
— А что делать? — сник гопник. — На заводе за пару сотен корячиться? Скучно всё это. И перспектив никаких нет.
— А здесь ты не прав, — усмехаюсь я.
В голове быстро выстраивается план по привлечению «бойца» к совместной работе. У паренька есть связи в уголовной и не только среде, знание обстановки. Мне, очутившемуся в чужом теле и в Москве 80-ых годов, такой человек остро необходим.
— Со мной лежал один чекист с перитонитом.
