Омерта

Так и хочется ударить по ягодице, и я не отказываю себе в этом удовольствии, жадно сминая и мягко пригладив, после удара. Мия мычит, обсыпает меня проклятьями, но мне отлично видно, что её это возбуждает не меньше меня. Черт, она вся блестит, даже в темноте видно.

Маленькая, ещё неиспорченная извращенка, которая даже не догадывается, какой она может быть… и притворяться не нужно.

Ямочки над поясницей и капельки пота на её коже пленят, завораживают. Я схожу с ума, наслаждаясь совершенством, которое здесь и сейчас принадлежит мне.

Я мог бы получить то, что хотел и хочу, и забыть, как планировал…

Но всё изменилось. И я слишком поздно понял, что мне не будет достаточно просто сорвать этот цветок.

Мне необходимо его присвоить.

И вдыхать его аромат, ощущать его лепестки в любое время дня и ночи, пока не надышусь, пока не придет насыщение, черт подери.

– У моей невесты классная задница. Или тебе больше нравится, когда я называю тебя подстилка и шлюха? А может, птичка? – она прогибается сильнее, когда я кладу ладонь под её живот, вновь скользнув к влажным лепесткам ладонью.

– Грязное животное, – а это уже в голос, сухо и остервенело продолжает ругаться Амелия. – Если ты изнасилуешь меня, я сделаю всё, чтобы мой дядя не убил тебя. Потому что лично хочу посмотреть на то, как ты мучаешься за решеткой! – вновь разбрасывается пустыми угрозами импульсивная птичка.

Наказываю очередным хлестким шлепком по ягодице, и она тут же замолкает, прикусывая свой длинный язык.

– Язык создан тебе не для того, чтобы выпускать яд, женщина, – уверяю я Амелию, в ответ на её дерзость. Порывисто наклоняюсь к ней, проводя носом по позвонкам. Язык скользит вниз вместе с губами, по атласной коже, пока не достигает маленькой дырочки, между её дрожащих ног. Теперь мне отлично видно то, что я уже вдоль и поперек изучил пальцами.

– Нет, ты не посмеешь… – вероломно затыкаю Амелию своим следующим действием, и разумеется, смею. Мне не стоит никакого труда провести языком по преддверию её лона, погрузить его в неё, ощутить вкус. – Киан… – жалобно выдыхает она.

Это край. Малышка так хочет, чтобы её наконец, трахнули.

У меня для неё неприятный сюрприз.