Он и Я

Кроме Тарского, Януша и Федора за столом находятся Шульц и этот красномордый «мусорок», имя которого я никак не запомню — официальный ухажер Бах.

Смотрю сейчас на них, ловлю ее взгляд на Тарском и вдруг ярчайшую уверенность испытываю… Нет, не мог Таир с ней быть! Не с ней. То, что Элизе он нравится — бесспорно, и все же в ее взгляде до сих пор горит неудовлетворенное желание обладания. Эта вспышка приносит мне такое облегчение, что я, к удивлению присутствующих, начинаю смеяться. Тихонько, конечно. Без каких-либо истеричных ноток.

Внутри меня впервые за три этих тягостных дня пробивается пока еще робкое ликование.

— Простите, — выдаю с придыханием. И поясняю: — Насмешил мужчина за соседним столиком.

— Что такого смешного он провернул? — спрашивает с улыбкой Федор.

— И что в этом смешного? — недоумевает блондинка.

— Наверное то, как именно он это сделал.

Пародирую мега-альфа-брутальную мимику, на которую ввиду своего угнетенного состояния изначально отреагировала вскользь, и уже над этим смеюсь. Очевидно, догнало, как только внутренний дискомфорт отпустил.

Получается удачно сгримасничать — к моему веселью присоединяются остальные. Все, за исключением Тарского.

— Который? — спрашивает он, обводя зал хмурым взглядом.

— Уже вышел, — вру я.

Только кого обмануть пытаюсь? Учитывая мое местоположение, быстро проводит какие-то геометрические расчеты и направляет взор на нужный столик.

— Русский. Не смотри на него. Не ищи проблемы. Не притягивай, — бросает мне якобы спокойным тоном, пока остальные накидывают в центр стола карты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Что это? Предупреждение? И к чему оно?

Естественно, я смотрю. Хотя никакого интереса этот мужчина во мне не пробуждает. Пытаюсь оценить его с позиции Тарского. Ничего особенного не нахожу. Однако едва встречаемся взглядами, ощущаю, как по спине сбегает мороз. Лишь назло Таиру продолжаю смотреть. Да, мне нужен человек, который не будет связан с ним дружбой. Кому будет плевать на то, чья я жена.

А этот мужчина именно таковым человеком и является.

Официант, как и в прошлые вечера, приносит нам с Элизой чай, а мужчинам — кофе.

— Скучаешь по родным пенатам? — продолжает досаждать мне блондинка в разгаре игры.

По легенде имеется в виду Берлин, в котором я родилась, выросла и нынче учусь. В действительности никогда не посещала столицу. Пару лет назад была с отцом в Гамбурге. Спроси кто-нибудь что-то конкретное, случился бы конфуз.