Она любит плохих парней

– Пап, – серьезно произношу я, – то, что происходит между вами, ненормально. Она мучает тебя, наверное, и сама мучается. Я не специалист, не хочу давать никаких советов, но, мне кажется, вам лучше…

– Малышка, тебе точно не нужно переживать из-за нас.

– Но я переживаю! Она не нравится мне как человек, я не хочу видеть ее в своей жизни, но… зла я ей не желаю, а тебе тем более. Она душит тебя, потому что сама задыхается. Вам обоим нужна помощь.

– Я не могу ее оставить. Уже пытался, но ничего не вышло.

– Может быть, я всего пять минут назад родилась, но уже слышала об одной крутой штуке…

– И какой же? – с сомнением спрашивает папа.

– Психотерапия! – вскрикиваю я, подражая рекламным лозунгам. – Ты только не пугайся, но это правда работает. Помнишь отца Ланы, дядю Антона? Ему это очень помогло после развода. Возможно, вам стоит…

– Это всего лишь предложение. Просто подумай, почитай, взвесь все и…

– Ты и правда уже такая взрослая, – с гордостью говорит папа.

– Что есть, то есть, – бодро отвечаю я.

 – Ну все, беги. А то женушка твоя психанет.

– Правда?! – Не могу сдержать радости.

– Решили повременить.

– Поддерживаю, но если все-таки соберетесь, на свадьбу не зовите.

Он печально опускает плечи, и я спешу объясниться:

– Пап, я люблю тебя, но с ней…

– Я все понимаю, малышка. Мы постараемся во всем разобраться, а ты… наслаждайся своей жизнью и знай, что я всегда буду рядом, если нужен.

– Спасибо. Правда спасибо. Это лучший подарок.

– Кстати, – напряженно говорит папа, глядя на входную дверь, – ничего, что мы?.

.

– А-а-а, ты о Дарии, – смеюсь я. – Он живет в соседней квартире. Все в порядке.

– Моложе тебя, не переживай.

Папа удивленно приподнимает брови, заставляя меня рассмеяться еще громче.

– Ему двадцать восемь. Он на самом деле мой препод, аспирант, если точнее.

– Мне стоит зайти к нему на серьезный разговор?

– Ты во мне сомневаешься?

– Нет. Ни в коем случае.

Проводив отца, закрываю дверь и подхожу к окну. Наблюдаю, как он садится в машину и выезжает с парковки.

Сегодняшние откровения не стали большой новостью. Я, разумеется, не знала наверняка, но чувствовала в глубине души, что ненависть матери направлена не на меня лично, а на сам факт моего существования. Оправдывает ли это ее? Нет, точно нет. Хочу ли я все наладить? Не особо. Буду ли я и дальше ненавидеть ее в ответ? Думаю, найдутся дела поважнее. Дарий рассказывал мне о здоровом эгоизме, и, наверное, это он.