Она любит плохих парней

Я не хочу брать ответственность за ее боль, не хочу винить себя, не хочу больше копаться в прошлом. Все это выматывает, забирает яркость у дней. Все, что я могу и буду делать, так это надеяться, что родители сами во всем разберутся. В конце концов, это их жизнь.

Опускаю голову и беру белый пакетик. Внутри лежит коробочка, а в ней – небольшое кольцо из белого золота на верхнюю фалангу. Примеряю его и нарекаю это украшение символом освобождения от детских обид. Я живая, у меня еще столько всего впереди, что нет времени грустить.

Быстро привожу себя в порядок и направляюсь к Дарию. Дверь открыта, и я вхожу без стука, но гостиная и кухня пустуют, спальня и ванная тоже. Единственное место, которое остается, – балкон. Распахиваю дверь, Дарий сидит в кресле-мешке, держа в одной руке телефон, а во второй «Айкос».

– Как прошло? – спрашивает он.

– Лучше, чем ты думаешь, – гордо заявляю я.

– Выглядишь… счастливой.

– У меня ведь праздник.

– Точно, – задумчиво кивает Дарий, опуская взгляд в телефон.

– А с тобой что? – хмуро спрашиваю я, заметив его сдержанное напряжение.

– Кать, мне нужно тебе кое-что рассказать.

Сжимаю дверную ручку, слегка поморщившись. Дарий молчит, набирая текст на телефоне, и подносит «айкос» к губам, делая долгую затяжку. И с чего я взяла, что если сегодня мой день рождения, то все будет легко и волшебно? Это самое великое заблуждение всех времен и народов!

– Твоя бывшая все-таки беременна? – спрашиваю я абсолютно серьезно.

– Нет, – мрачно отвечает Дарий.

– У тебя уже есть взрослый ребенок? Двойняшки? Близнецы?!

– Это не связано с детьми.

– Вообще-то я Козерог.

– Я не об этом! Твое психологическое расстройство все-таки подтвердилось?

– Если ты не прекратишь нести чепуху, то наверняка подтвердится.

– Тогда в чем дело?! – вскрикиваю я, не выдержав напряжения.

Дарий на несколько секунд замолкает, словно ему нужно поднакопить сил, для того чтобы решиться.

– Помнишь, я рассказывал тебе о своей работе, которая не связана с универом?

– Д-да, – киваю я, но совсем не понимаю, к чему он ведет.

– Собственно, все не так… просто. Появились кое-какие проблемы.

– Подробнее не могу рассказать, – говорит Дарий и выдыхает серый густой дым, который скрывает его лицо.

Последнюю пару недель Дарий и правда очень много работал. Сидел за компьютером целыми днями с таким серьезным лицом, словно самолично взламывал Пентагон. Вот же черт! Распахиваю глаза шире, холодный воздух сковывает горло и замораживает легкие.