Многие из них сбежали в джунгли. — Продолжил рассказ президент. — Поставки для белого населения продовольствия и оружия пошли мелкими кораблями. Но вот ведь какая странность. Корабли с оружием начали пропадать. Испанцы решили, что за ними наблюдают сверху. — Словно подтверждая свои слова, он ткнул пальцем в потолок. — Оружие начали прятать среди продовольствия далеко от берега. Помогло, но ненадолго. В один из дней все корабли, находящиеся в портах, ушли на дно. Они словно развалились под собственным весом.
— Я всё равно не понимаю, при чём здесь князь? Точнее, как вы это поняли?
— Рыбаки на совсем мелких лодках продолжали плавать на Кубу.
Они-то и принесли вести, что среди беглых рабов появились странно одетые белые люди. Они плохо говорили по-испански, зато прекрасно между собой общались по-русски. — Джефферсон сделал глоток напитка и замолчал, смакуя его вкус. — А это что? — Он указал на предмет в обёртке.
— Это шоколад! Только не привычный нам, а твёрдый. — Оживился Уильям, потянувшись к столу.
— Ты продолжай, не только ведь русский язык натолкнул вас на мысль о князе.
— Не только. Дальше начинается рассказ о чудесах. А где чудеса, там и князь.
* * *— Ты почитай лучше документы. Весьма занятные предложения от императора Павла поступили. — Предложил Уильям, когда рассказ о Кубе закончился. Как, впрочем, и шоколад.
Президент Соединённых Штатов быстро просмотрел основные бумаги, оставив многочисленные приложения к ним на потом.
— Весьма неожиданно. — Задумчиво произнёс он и поднял взгляд на Уильяма.
— Я так понимаю, морскую блокаду князь не снимет, пока мы не утвердим его Кодекс и не присоединимся к нему?
— Там два Кодекса. Кодекс о посольской службе больших вопросов не вызывает, а вот Кодекс ведения войны может нам выйти боком. Ты приложения почитай. Может их Павел сам писал, он всегда был романтиком, но кажется мне, что без подсказки князя здесь точно не обошлось.
— Потом почитаю. — Джефферсон с видимым удовольствием подсунул документы под зажим и защёлкнул его.
— Уильям, что произойдёт, если мы откажемся от подписания Кодекса или подпишем, но не станем его выполнять?
— Нагрянет князь. — Уверенно ответил тот. — Не просто так он уничтожил Георга III на глазах всего парламента и средь бела дня. Это была показательная акция и демонстрация возможностей.
— Выходит разница небольшая, подпишем мы Кодекс или нет, но есть возможность повлиять на его составление. — Сделал вывод президент Соединённых Штатов.
— Ты прав, Томас.
