Учитывая скорое наступление сумерек и дикие заросли у пролома, фонарик – вещь небесполезная.
Через минуту она была уже возле пролома, а еще через две – у входных дверей в дом. Сумерки сгустились окончательно, и, чтобы обнаружить замочную скважину, Полине пришлось прибегнуть к помощи фонарика. Железные врата в рай по имени Сережа выглядели капитально, да и замков в нее было врезано несколько. Найти нужный не составило труда, провернуть ключ – еще проще, оставалось лишь толкнуть легко поддавшуюся дверь. Но Полина медлила.
Она почему-то вспомнила, как стояла в детстве у другой двери, не решаясь войти, не имея права войти. Это случилось в те дни, когда к Белке в Питер приехала мать Асты. Вернее, она приезжала к своему брату, Белкиному отцу, но целью ее приезда была именно Белка. Мать Асты – худенькая невысокая женщина по имени Вера. Тетя Вера, да!.. В тете Вере не было ничего от эстонской надменности Асты, наоборот, она оказалась чрезвычайно доброй и даже привезла гостинцы: вязаные носки, домотканую скатерть с дюжиной салфеток, имбирное печенье и плюшевого мишку.
Печенье понравилось Белке, оно было ничуть не хуже ее любимого овсяного. А вот мишка – не очень, хотя он выглядел самым настоящим симпатягой: аккуратный, ладненький, в смешном бело-синем комбинезоне. Его портили только глаза – не круглые, как у всех остальных мишек (плюшевых и не очень), —
Зачем мишке змеиные Астины глаза? Чтобы следить за Белкой. Справедливости ради, змеиные глаза пялятся на нее не постоянно – лишь под определенным углом освещения, лишь несколько минут в сутки.
Но и этого вполне достаточно, чтобы постараться отделаться от подарка. Лишнее напоминание о пропавшей – вот что он такое, куда бы засунуть это напоминание? На дно ящика с принадлежностями для рисования? На полку со старыми куклами? Под кровать, на антресоли? До антресолей Белке ни за что не дотянуться, под кроватью он будет найден мамой максимум через два дня, во время плановой уборки. Остается ящик с кисточками, красками и пластилином.
Туда Белка и отправила плюшевого малыша, накрыв его для верности целой стопкой акварельной бумаги.
– А куда ты дела Верин подарок? – спросил у Белки папа перед сном.
– Он для детей, а я уже не ребенок, – ответила Белка.
– Еще какой ребенок… Пожалуйста, будь хорошей с Верой. Ей и так… – не договорив, папа лишь махнул рукой.
Быть хорошей – не так уж сложно, особенно если тебя оберегают от близких контактов с тетей из Таллина.
