Она уже мертва

Невозможно проснуться и оказаться во вчера, или в прошлом декабре с электрогирляндой «Космос» в руках, или у экспедиционного грузовика, где стоит шофер Байрамгельды – живой и невредимый. Насчет декабря Белка не очень расстраивается: будет еще не один декабрь с елкой и гирляндой, и с Синей птицей, которую они с папой повесят на самую макушку. И насчет массы других дней, которые уже стали вчерашними, – тоже. Ей жаль только Байрамгельды. Может, и Лёке кого-то жаль?

– Так не бывает, Сережа. Нельзя повернуть время.

Сережа улыбнулся и приложил палец к губам:

– Только Лёке об этом не говори.

– Да. А где он взял столько часов?

– Он знает места, где часов видимо-невидимо. Вот и достает их при случае.

…Интересно, как сейчас поживает Лёкина коллекция? И являются ли часы, которые Полина держит в руках, ее частью? Хорошо бы спросить об этом у самого Лёки, но он куда-то подевался.

– Никто не видел Лёку? – громко спросила она.

– Упс, – откликнулся Шило. – Ты ведь подумала о том, что и я?

– Мастерская в саду.

Там уйма всяких механизмов. А часов – больше всего.

Ну, конечно! Еще в детстве Шило отличался любопытством и непоседливостью (за что и получил свое прозвище). И такая грандиозная вещь, как мастерская, где полно милых мальчишескому сердцу вещей, просто не могла остаться без его внимания. Возможно, он уже побывал там и в нынешний приезд.

– Думаешь, это Лёка подбросил часы?

– Ну, откуда мне знать? Может, решил таким образом поприветствовать родственничков, преподнести небольшие сувениры, так сказать.

А поскольку клёпок у него в голове не хватает, то и сувениры получились дурацкие.

– А тебе что преподнесли?

– Красотку девушку, – ухмыльнулся Шило.

– Ты имеешь в виду стрекозу?

– Какую стрекозу? – удивился Шило.

– Ты сказал – «красотка-девушка»…

– Ну да. Я и получил в безраздельное пользование красотку девушку. Вот, смотри!

Шило извлек из кармана шахматную фигурку ферзя – с нарисованными прямо под короной глазами. С нарисованным ртом.

От глаз шли завивающиеся кверху закорючки-ресницы, а рот был сложен бантиком. Несколько неровных волнистых штрихов – по обеим сторонам от глаз и рта – символизировали волосы. Сходство со сказочными принцессами, какими их обычно рисуют дети, было очевидным.

– Разве не красотка?

– Пожалуй, – осторожно ответила Полина.

– А что получила ты?

– Тоже красотку-девушку. Так называется стрекоза.

Полина сразу вспомнила сон, приснившийся ей в том далеком августе.