Для Одры Филлипс попойка тем более приятно запомнилась, что именно тогда она влюбилась в Уильяма Денбро.
Как звали ту самозванку-хиромантку? Она уже забыла — помнила только, что девица была одной из помощниц гримера. В самый разгар попойки девица сорвала с себя блузку, показав на редкость прозрачный бюстгальтер, и повязала ее себе на голову наподобие цыганского шарфа. Подогретая опиатами и вином, она до конца вечера гадала по ладоням, пока под конец собравшиеся не вырубились после хорошей дозы.
Одра уже не помнила, какие предсказания были у этой девицы, добрые или зловещие, остроумные или глупые: она тоже хватила лишку в тот вечер.
Одно отложилось в памяти: в какой-то момент девица схватила руку Билла и, сравнив его ладонь с ладонью Одры, объявила во всеуслышание, что они удивительно подходят друг другу. «Точно близнецы», — говорила она. Одра вспомнила, что она следила за ее движениями с необычайной ревностью, особенно когда девица касалась линий на ладони Билла своим тонким наманикюренным ногтем.
Как глупо: в этом причудливом околокиношном мире Лос-Анджелеса похлопывать женщин по попам считалось вполне будничным делом, как в Нью-Йорке целовать дам в щеку.
Но тогда на ладонях Билла никаких белых шрамов не было.
Она следила за шарадой ревнивым взглядом влюбленной женщины — это она помнит.
Одра сказала об этом Биллу.
— Да, ты права, — кивнул он. — Тогда их не было. И хотя я не могу быть абсолютно уверен, вряд ли они были даже вчера вечером, когда мы сидели в «Плуге и тачке».
Мы вчера с Ральфом боролись, кто кого пережмет рукой. Если бы шрамы были, я бы заметил.
Он улыбнулся жене; улыбка вышла сухой, невеселой и почему-то испуганной.
— Думаю, этот шрам снова выступил, когда позвонил Майк Хэнлон. Мне так кажется.
— Но этого не может быть, Билл, — возразила Одра и потянулась к пачке сигарет.
Билл стал разглядывать свои руки."
"— Работа Стэна, — пояснил он. — Это он порезал нам ладони осколком от бутылки кока-колы. Теперь я отчетливо помню. — Он взглянул поверх очков на Одру, за линзами его глаза казались большими и озадаченными.
— Помню, как этот осколок сверкал на солнце. Это была новая, прозрачная бутылка. Помнишь, бутылки от кока-колы были зелеными? — Одра покачала головой, но он даже не заметил. Он по-прежнему изучал свои ладони. — Помню, Стэн под конец принялся за свои руки. Все притворялся, что вместо легкого пореза вскроет себе вены. Я чуть было на него не набросился, пытаясь удержать от этой затеи.
