И в то же время страшная. На одном уровне ты даже не сознаешь, что происходит. Но с другой стороны ты как бы слышишь в уме, как ты заикаешься. Как будто одна часть мозга работает быстрее, чем другие, и на мгновение их опережает.
Билл поднялся и беспокойно заходил по комнате. Вид у него был усталый, и Одра с тревогой подумала, как много он работал в последние тринадцать лет, как будто кипучая, яростная работа без передышки могла компенсировать скромность таланта. Она почувствовала, что ее одолевает тревога, и попыталась отогнать свои подозрения, но безуспешно.
А что если Биллу звонил Ральф Фостер и пригласил его в «Плуг и тачку», чтобы часок позаниматься арм-реслингом или поиграть в трик-трак. А может, звонил Фредди Файерстоун, продюсер «Мансарды», и обсуждал с ним какие-то дела. Что вытекает из этих подозрений? Только то, что вся эта история с Дерри и звонком Майка Хэнлона не что иное, как галлюцинация, предвестие нервного срыва.
«Однако шрамы, Одра. Как объяснить эти шрамы? Она прав. Раньше их не было. Они появились сейчас.
Это факт, и ты отлично это знаешь».
— Расскажи мне все остальное, — сказала она. — Кто убил твоего брата Джорджа? Что ты сделал, что сделали твои товарищи? Что вы обещали друг другу?
Билл подошел к ней, стал на колени, точно кавалер минувшего века, просящий руку и сердце своей возлюбленной, и взял Одру за руки.
— Думаю, я смог бы тебе рассказать, — произнес он тихо. — Думаю, смог бы, если б действительно захотел. Большую часть событий я не помню сейчас, но как только я стал бы рассказывать, я бы вспомнил.
Я чувствую в себе эти воспоминания. Они словно того и ждут, чтобы их извлекли на свет. Точно дождевые облака. Только этот дождь будет очень грязным. А растения, которые вырастут после этого дождя, будут уродливы. Может, я смогу это вынести только в присутствии своих друзей?
— Они знают?
— Майк говорит, что обзвонил всех. Считает, что приедут все, за исключением, может быть, Стэна. Говорит, Стэн отреагировал на его звонок очень странно.
— Мне тоже все это кажется странным.
Ты очень меня пугаешь, Билл."
"— Прости, — отозвался он и поцеловал жену. Ощущение было такое, будто ее поцеловал совершенно незнакомый человек. Она просто возненавидела этого Майка Хэнлона. — Я подумал, мне надо объяснить тебе, насколько смогу. Во всяком случае, это будет лучше, чем тайком ночью улизнуть из дома. Некоторые из моих друзей, вероятно, так и сделают. Но я должен поехать. Думаю, и Стэн приедет, как бы странно он ни отреагировал на звонок Майка.
