"
"– Я прочитала о “Красном Вороне” и о его капитане в дневнике, – ответила я, стараясь говорить чётко, глядя прямо в спокойные, зимние глаза женщины. – Старого арендатора… Рейвена. Я нашла его в доме, где живу сейчас.
– Рейвен… Рейвен сбежал не заплатив! – мужчина вновь взорвался, как бочка с порохом. – Мы гнали на юг. Гнали как одержимые! – он рванулся к столу, схватил пустую кружку и с размаху швырнул ее в угол.
Оглушительный треск, звон осколков – кружка рассыпалась вдребезги.
– Мачты трещали, паруса рвались в клочья! Потому что этот… Рейвен… клялся и божился, что специи ему нужны как воздух, что заплатит вдвойне за скорость! А что мы видим?! – мужчина развёл руками, обращаясь то к Астрид, то ко мне, то к пустоте, полный невыносимого возмущения.
– Пустой дом!
Астрид не пошевельнулась. Только светлая бровь чуть дрогнула в такт звону осколков. Ее взгляд оставался спокойным, почти снисходительным. Она… да и я тоже понимали: взволнованному Франсу нужно было выговориться, выпустить кипящую в нём ярость.
– К морскому дьяволу всё это… – сдавленно выдохнул Лашон и рухнул на табурет, будто подкошенный.
В каюте повисла тягучая, звенящая тишина, нарушаемая лишь его тяжёлым, хриплым дыханием и тихим шелестом волн за бортом.
– Не хорони надежды раньше срока, Франс, – Астрид положила ладонь на его мощное предплечье.
– Я… обещал тебе лучшую жизнь… – прошептал он едва слышно. – Когда ты пошла против семьи… когда уплыла со мной… – голос оборвался.
Лашон поднял голову. Его взгляд скрестился с моим – и замер.
Он точно увидел меня впервые жизни. В его глазах читалось нечто совершенно новое. Ни гнев, ни подозрение, а… смущение. Похоже, мужчина осознал, что выболтал слишком много перед совершенно незнакомым человеком.
– Значит… – кашлянув произнёс Франс, – вы… не шпионка?
Я отрицательно помотала головой, после чего, не вдаваясь в лишние подробности, рассказала историю своего появления в этом городе.
– Наверное, мне стоит извиниться, – буркнул мужчина, потупив взгляд. – Рейвен нас здорово подвёл с последним заказом.
Мало того что не заплатил, так ещё и специи его остались. Куда их деть? Кое-что, конечно, удалось сбыть… а остальное, – Франс развёл руками, – пришлось выбросить. От морской сырости они попросту сгнили.
– Мы – норды, – плавно вступила Астрид, её пальцы всё ещё лежали на руке Франса. – Варвары и дикари, с нами мало кто хочет иметь дело. А Рейвен был… ну, если не единственным, то главным, кто платил звонкой монетой, не задавая лишних вопросов.
