Терес и Март с любопытством выглянули из кухни, но, узнав женщину, поспешно скрылись обратно. Похоже, визит жены префекта вызвал у них не меньше тревоги, чем у меня.
– Вот ваш чай, леди Штаймер, – произнесла я, ставя чашку перед ней.
– Благодарю, дорогая, – ответила она с той же мягкой улыбкой.
Я отошла за прилавок и начала нервно постукивать пальцами по деревянной поверхности. В это время дня покупателей обычно не бывало, и мы обе это понимали. Леди Штаймер нарочито медленно откусывала от булочки, словно смакуя каждый кусочек, но её взгляд то и дело возвращался ко мне.
Глубоко втянув носом воздух, я решилась. Всё равно нужно разобраться, зачем жена префекта явилась в нашу скромную пекарню.
– Вкусно? – спросила я, подходя к её столику.
– Превосходно, – женщина промокнула губы салфеткой. – Не составите мне компанию? Покупателей ведь всё равно нет.
Я кивнула и присела напротив. Леди Штаймер сделала глоток чая и сладко поморщилась.
– Какой удивительный вкус. Что это за чай?
– Особый сбор Терес.
Она добавляет туда зареницу.
Леди Штаймер внимательно посмотрела на меня, и я поняла, что больше не могу тянуть.
– Ведь вы пришли не только ради булочек, не так ли?"
"– Как я и предполагала… – тихо вздохнула Элизабет. – Вы куда проницательнее, чем кажетесь на первый взгляд, – женщина кивнула, и в её глазах, до этого излучавших лишь светскую мягкость, внезапно проступила глубокая, знакомая печаль. Та самая тень, что окутывала её вчера, когда она сидела в полумраке дальней комнаты, пока за массивными дверями гостиной бушевала настоящая оргия.
– Да, – подтвердила она. – Я пришла поговорить о вас… и о моём муже.
– Уверяю вас, леди Штаймер, – начала я, стараясь говорить максимально твёрдо, – между нами нет ровным счётом ничего. Более того…
– Я знаю, – резко прервала меня Элизабет. – Видела, что вы сделали вчера, – она подалась вперёд и понизила голос до полушёпота. – А ведь это был любимый сюртук моего мужа.
Женщина усмехнулась, и в её глазах вспыхнуло неприкрытое ехидство.
Держу пари, она бы сама не прочь была облить Ульфа Штаймера не только вином, но и чем-нибудь значительно более мерзким.
Возможно, даже мечтала об этом долгими бессонными ночами, лёжа рядом с человеком, которого, судя по всему, едва терпела.
– Но вы ведь понимаете, – продолжила она. – Что мой муж теперь не оставит вас в покое.
Повисла тишина. Я сидела, механически комкая края передника. Слова леди Штаймер звенели в ушах. Конечно, я и сама понимала, к чему всё идёт.
