После чего поднёс горлышко ко рту и сделал длинный, шумный глоток. Закрыв глаза, он крякнул с отвратительным удовольствием.
– Ну, чего уставилась? – мужчина небрежно махнул рукой в сторону глубокого кожаного кресла напротив стола. – Присаживайся, красавица.
Я осторожно направилась к указанному месту, но замерла, увидев, что на нём что-то лежит.
Маерлиц, заметив мой взгляд, хмыкнул, подошёл к креслу и небрежным жестом смахнул… женские панталоны кремового цвета с кружевной отделкой. Они упали на пол, и казначей затолкал их носком сапога под стол.
Пока меня передёргивало от отвращения, казначей плюхнулся в своё кресло, развалившись в нём с видом полновластного хозяина. Его взгляд, сквозь алкогольную муть, внезапно обрёл странную, хищную цепкость. Маерлиц наблюдал, изучал, точно оценивал меня как свою добычу.
Глава 38.
Глава 38
– Так зачем меня сюда притащили?
Казначей сделал очередной глоток. Глаза его блаженно закатились, а на губах застыла маслянистая улыбка. Несколько капель вина брызнули на какие-то документы, но его это, казалось, совершенно не волновало.
– Поговорить, – голос его был густым, как патока, и таким же прилипчивым. – Разве мы не можем просто… поговорить?
Я поморщилась, почувствовав, как от Маерлица волнами исходит запах перегара.
– С приёма вы так быстро ушли, – продолжил казначей, подавшись вперёд. – Я даже не успел узнать вас получше, – он ядовито сощурился. – Или Ульф специально вас выпроводил?
Я молчала, сложив руки на коленях.
– Да-да, Штаймер всегда прячет от нас свои лучшие игрушки, – Маерлиц хохотнул, словно сказал что-то невероятно остроумное.
– Послушайте, Анна… Можно ведь вас так называть?
Не дожидаясь ответа, казначей продолжил:
– Я могу помочь вам освоиться в городе. Крыша над головой, например. У меня просторно. В отличие от нашего чопорного префекта, – Маерлиц подмигнул с откровенной наглостью, вновь поднёсся бутылку ко рту, – я не обременён семейными узами.
– Вы необычайно любезны, господин Маерлиц, – ответила я максимально холодно, – Но я вынуждена отклонить вашу… заботу.
Казначей ехидно рассмеялся.
– Тогда откройте мне секрет. Что вы делаете в такой глуши, как Дала-Эрне? Приехали просто так? Пейзажи пленили? Или может, вы от чего-то… убегаете? От прошлых грехов? От долгов? От закона?
Я смотрела прямо в заплывшие глаза Маерлица. Ни тени страха. Его грязные домыслы были так далеки от правды, что это, как щит, придавало силы. Этот опьяневший, разлагающийся на глазах человек был просто жалок.
