– Твой муженек костью засел у Драммонда глубоко в глотке! – рассмеялся Штаймер. – Но мне всё равно. Север мой. Герцог не явится в эту дыру. Да и ты… Отсюда никогда не выйдешь. Может позже. Когда от тебя ничего не останется. Но прежде… – глаза префекта блеснули нездоровым блеском. – Ты понесёшь от меня. Родишь сына. Мага.
– Что?!
Глава 47.
Глава 47
– Вы растеряли последние мозги? – сорвалось с губ."
"– Напротив. Никогда ещё мой разум не был так ясен. У нас с Элизабет нет детей, а от тебя… – Штаймер медленно провёл пальцем по воздуху, и на его губах расползлась уродливая, самодовольная улыбка.
– Родится не просто ребёнок. Родится маг.
– Отпустите меня! – выкрикнула я и вновь попробовала призвать магию.
Ничего. Всё та же непроницаемая стена, будто дар заперли в стальной ларец, а ключ бросили в бездну.
– Тише, – палец Штаймера прижался к моим губам.
Желудок скрутило судорогой, меня едва не стошнило от этого прикосновения.
Секунда, и префект накинулся на меня. Дыхание его стало тяжёлым, прерывистым.
Я дёргалась, пытаясь вывернуться. Грубая ткань простыней царапала кожу. Штаймер почти коснулся губами моей шеи – влажное, липкое обещание насилия…
И вдруг – голос.
– Ульф! Ульф, ты у себя?
Это была Элизабет! Я узнала её голос.
В груди вспыхнула надежда – ослепительная, жгучая, словно молния, разорвавшая кромешную тьму.
– Чёрт… – прошипел Штаймер, резко отстраняясь.
Он торопливо поправил помятый камзол, провёл дрожащей рукой по взъерошенным волосам и подошёл к двери. Ключ повернулся в замке с сухим, скрипучим скрежетом.
– Элизабет, я велел тебе не выходить из комнаты!
– Ульф, что происходит?
– Элизабет! – я закричала, и голос сорвался в отчаянный, почти детский вопль. – Помогите, умоляю!
– Молчи! – прошипел Штаймер обернувшись.
Но Элизабет уже шагнула вперёд. Я увидела её встревоженное лицо – бледные щёки, широко распахнутые глаза.
– Ульф, это уже переходит все границы!
– Здесь я решаю, где границы! – властно пророкотал префект.
Элизабет на мгновение замерла, губы её сжались в тонкую белую ниточку.
Затем она решительно вошла внутрь, оттолкнув мужа плечом, и бросилась ко мне. Её пальцы принялись торопливо развязывать узлы на верёвках.
– Так нельзя… – из глаз женщины потекли слёзы. – Так нельзя, – шептала она.
Внезапно Штаймер схватил её за волосы – жемчужные шпильки и золотые гребни выпали, звонко рассыпавшись по полу. Элизабет вскрикнула от боли, но крик оборвался, когда муж грубо отшвырнул её к стене.
