Одна из них, та самая, что говорила о Лудде, всё время отводила глаза, но я заметила, что они у неё были красными и опухшими.
– Что случилось? – спросила у Ирмы, встав с кровати.
Девушка не ответила. Обе, словно в рот воды набрали.
Я не сразу заметила, что они притащили с собой три огромных дорожных чемодана.
Служанки двигались быстро, старательно избегая моего взгляда.
Я в оцепенении наблюдала, как они методично открывают шкафы и комоды, достают платья, бельё, украшения – всё то, что принадлежало Анне. После чего вещи аккуратно складывались в чемоданы.
Опустившись в кресло у окна, почувствовала странное отстранение от происходящего. Словно смотрела представление в театре, где актёры разыгрывают сцену сборов, а я – лишь зритель, случайно оказавшийся на этом спектакле."
"Время остановилось в этом зачарованном пространстве, где единственными звуками были шорох ткани и тихий стук закрывающихся ящиков.
Когда вещи были собраны, служанки также молча удалились.
Я, ровным счётом, ничего не понимала. Сидела в кресле и пустым взглядом пялилась на чемоданы.
Перовой мыслю было – приехал генерал. Но в доме подозрительно тихо. Да и во дворе никого.
Внезапно тишину разрезали тяжёлые, размеренные шаги, раздавшиеся в коридоре. Секундой позже дверь с тихим скрипом отворилась, и в комнату вошёл отец. Он не спеша прошёлся от одного угла к другому, осмотрел собранные служанками чемоданы, и на тонких губах появилась едва заметная, многозначительная усмешка. По его скупому, безэмоциональному лицу невозможно было понять, о чём он думает на самом деле.
– Что происходит? – я заговорила первой.
Молчать в этой странной и нервной ситуации было невозможно.
– Как я и думал, – отозвался отец, небрежно пнув один из чемоданов, – твой муж от тебя отказался.
Он повертел в руках какую-то записку.
– Бедный генерал не смог вынести позора и нанесённого ему оскорбления.
Я попыталась возразить, объяснить, что измены не было, что во всём возможно, виновата Розалинда, но отец властно поднял руку, обрывая мои слова:
– Довольно! Не желаю ничего слушать.
Я предпочла замолчать. Не хотелось, чтобы меня снова оттаскали за волосы. К тому же мне было любопытно послушать, что ещё скажет этот выродок.
– Я не могу оставить тебя здесь, – продолжил отец, мерно расхаживая по комнате. – Розалинду нужно выдать замуж, а ты… – он остановился и впился в меня пронзительным взглядом зелёных глаз. – Скажем так, твоё присутствие в этом доме может доставить всем нам определённые неудобства.
