Потрескивание в печи отзывалось лёгким поскрипыванием половиц, но теперь эти звуки не пугали меня.
– Знаешь, – неожиданно для себя я заговорила вслух, обратившись к дому, – я думаю, мы сможем поладить…
На дворе послышалось тихое ржание. Это вернулся Шторм. Проверив коня, принялась за свой первый ужин.
Старая кухонная утварь, которую я отыскала, требовала тщательной чистки. Потратив немало сил, мне удалось отчистить одну из медных сковородок, а ржавчину с ножей удалила, потерев золой из печи.
Далее нужно было спуститься в погреб.
Я замерла возле двери. Рука потянулась к железному кольцу и застыла в паре сантиметров от него. В какой-то момент на меня накатила паника. Почудилось, что дом снова заартачится.
“Ну же! Не будь такой трусихой!” – приказала себе.
Когда дверь поддалась, я всё-таки не смогла сдержать вздоха облегчения…
Достав из погреба самое необходимое – сахар, соль и крупу, я решила приготовить что-то простое и сытное. Каша казалась идеальным выбором: незатейливая, но питательная.
Однако для готовки требовалось преодолеть ещё одно препятствие – воду пришлось добывать, растапливая чистый снег в старом чайнике.
Постепенно кухня наполнилась ароматом готовящейся еды.
Жар от огня согревал замёрзшие пальцы, а монотонное действие – помешивание каши – успокаивало взбудораженные нервы.
Напряжение постепенно отпускало. С каждым оборотом ложки рассеивались тревожные мысли.
Тепло. Пища. Крыша над головой. Удивительно, как просто определить истинные ценности, когда оказываешься на краю.
Разлив горячую кашу в найденную среди хлама тарелку, я устроилась у печи. Первая ложка обожгла язык, но я не обратила на это внимания – тело жадно принимало пищу и тепло.
Еда, пусть и такая простая, подействовала словно лекарство. Впервые за долгое время я почувствовала некое подобие спокойствия – ощущение, близкое к облегчению. Можно было хотя бы на мгновение не думать о завтрашнем дне.
Но мгновение прошло. Действительность вновь напомнила о себе – в частности, той самой бумагой с графиком платежей.
Оттерев стол краем рукава, я расстелила перед собой испещрённый цифрами документ. Рядом аккуратно выложила остаток монет из кошелька. Несмотря на ""великодушие"" префекта, сумма задолженности оставалась внушительной.
Я поджала губы. Даже если бережно расходовать каждую монету, мне не хватит средств на первый платёж. А впереди ещё расходы на ремонт дома, продукты, корм для Шторма… Список необходимого был бесконечен.
