Поползав минут пять у Кастора Троя в ногах, я, слава небесам, наконец, нащупала матовый прямоугольник и извлекла на свет божий.
— Ты мне кое-кого напоминаешь, куколка. Очень, — заметил Трой и удержал меня за запястье, когда я, прикурив ему, хотела отойти. — Одну маленькую глупую девочку. Робкого зайчонка… Не знаешь, почему я в последнее время постоянно думаю о ней? Такая податливая и трепетная, так сладко пахнущая сливками и малиной… Интересная ты, куколка, правда. Не она, конечно. Но похожа. Чертовски похожа.
Вынудив меня опереться коленями и ладонями о прохладную кожу дивана, он опускает руку с сигаретой на мою спину, как на столик, и глубоко затягивается, откинувшись назад. Другой рукой Кастор Трой оглаживает мою попу и задирает юбку, обнажая бедра в чулках с подвязками и черные кружевные трусики.
Низ живота наполняется знакомой тягучей истомой, и я прогибаюсь еще сильнее — я практически легла грудью на его колени.
— Куришь? — внезапно спросил он, и поднес сигарету прямо к моим губам.
Шокированная до глубины души, я замотала головой. Вот уж что-что, а попробовать курить мне никогда в голову не приходило! Дисциплинированная и правильная Моника Калдер — такие вещи ни-ни!
— Попробуй, — велит Кастор Трой, и не подчиниться его гипнотическому голосу я не могу. — Видишь ли, куколка, я сторонник того, что в этой жизни нужно попробовать абсолютно все.
Держа пальцами левой руки сигарету, фильтр которой я обхватываю непослушными, немеющими губами, правой рукой он прикасается сквозь полоску трусиков к моему разбухшему, пульсирующему лону, и отводит кружево в сторону, глубоко погружаясь в мою влажную мякоть.
Закашлявшись от густого дыма, наполнившего мои лёгкие, и непривычного, крепкого запаха, я отворачиваюсь от сигареты, но контраст этих ощущений — мерзости табака и растягивающей сладости между моих ног сводит с ума. Неосознанно насаживаясь бедрами на его пальцы — они оказываются внутри меня. И Кастор Трой, ухмыльнувшись, протягивает мне виски и говорит «Запей!».
Нет! Я не стану! Ты меня не заставишь, ублюдок!
Но он, отхлебнув прямо из горла бутылки, прикладывается к моим губам.
Жгучая жидкость из его рта вливается в мой рот, обжигая горло и пищевод, растекается внутри меня янтарным огнем, запахом торфа, дыма, дерева, зерна, апельсина, моря и свежескошенной травы.
Пару мгновений Трой медлит, а затем что-то меняется в нем, и, до боли надавив на мой затылок, он не дает мне отстраниться.
