— Смерть наступила между пятью и шестью часами утра, — негромко докладывает Трою лысеющий мужчина в штатском, но я слышу каждое слово. — На бедре, в том же самом месте, что и у Метреску, след от укола. Скорее всего, ей вкололи тот же самый паралитик, но точнее, конечно, можно будет сказать после вскрытия.
Объятая ужасом, приказываю себе не смотреть, уткнувшись взглядом в огромную картину, висящую над кроватью, и являющуюся, помимо кровавых простыней, здесь единственным цветовым пятном. На портрете Джудита Рикар, настоящая красавица — хрупкая блондинка с огромными фиалковыми глазами и пепельными локонами.
— Болевой шок и большая кровопотеря? — абсолютно спокойный, Трой отводит подушки в сторону, и в каком-то ступоре я вижу развороченное горло певицы, напоминающее вывернутую наружу морскую раковину. — Связки вырезаны…
Борясь с подступающей к горлу дурнотой, обхватываю себя руками и отступаю назад. Зачем он взял меня на труп? Зачем?
Да, я знаю, что для такого дня прода мрачновата, но тем не менее….
— В отличие от Метреску, все проделано очень грубо, — деловито замечает полицейский в штатском. — Однако он так же кромсал ее на живую. Без всяких обезболивающих. Обездвижил только, чтобы не трепыхалась — и все.
— Занятный парень, — Кастор Трой кривит губы в усмешке, разглядывая портрет убитой. — С выдумкой. Какие-то следы, отпечатки пальцев? Биологический материал?
— Осматривали несколько раз, чуть ли не под микроскопом. Ничего. Вообще ничего!
Боясь даже думать о том, что в последние минуты своей жизни чувствовала несчастная, забиваюсь в угол и опускаюсь на корточки.
Жестоко, жестко, и так жутко, что мое собственное горло сдавливает тяжелый липкий спазм.
Низко склоняю голову и вдруг замечаю на белоснежном паркете несколько мутных выпуклых капель.
— Офицер Трой…
Он не сразу обращает на меня внимание, поэтому мне приходится повторить срывающимся голосом. Заинтересовавшись, первым подходит полицейский в штатском.
— Офицер Трой, взгляните!
Присев на корточки, Кастор Трой проводит по застывшим каплям пальцами:
— Воск.
Причем следы свежие.
И резко поднимается, веля еще раз по сантиметру прочесать всю огромные апартаменты Джудиты Рикар, а затем, заново, — квартирку Илие Метреску.
На следующее утро подробности жесткого убийства известной певицы уже на первых полосах всех газет, во всех новостях и передачах по телевизору. Сми, еще вяло перемалывающие смерть Илие Метреску, бросаются на страшную новость, как собаки на кость.
