"
"— Сама? — он повернулся ко мне всем корпусом, а я каким-то чудом смогла загнать слёзы обратно — не дать им пролиться.
— Прости, что сбила тебя с толку, Итан, — продолжала я почти нормальным голосом. — Шенк прав — мне действительно показалось, я раздула из мухи слона. В тот день я была сама не своя. У офицера Троя и правда своеобразная манера, но он ни разу не переступал рамок дозволенного. Спасибо, что хотел помочь. Прости…
Позволив себе сжать его руку, я поняла, что больше просто не выдержу.
Хлопнув дверцей машины и прижав к себе дурацкий кофе, я побежала через всю парковку к боковому входу в отделение.
Больше всего на свете я боялась, что он догонит меня, потому что знала — тогда я не выдержу и расскажу обо всем. О бабушке и Александре Бренте, о том, как выкрала ключ от кабинета помощника комиссара, как открыла сейф, как страшно было смотреть на женский труп в груде окровавленных одеял, но еще страшнее — в холодные глаза Кастора Троя.
Больше всего на свете я хотела, чтоб он меня остановил.
Но он не остановил, и я дошла до проходной.
— Ну, у тебя и личико, детка. Давай-ка на сегодня отменим!
Я полчаса прорыдала в кабинке туалета, и прекрасно знала, что у меня распух нос, а глаза красные-красные, как у новообращенного упыря. Сколько я не умывалась, сколько не терла лицо салфетками — результат вышел плачевный.
О чем Сабина Альмади, которая теперь являлась моим ментором, откровенно мне и заявила. Красотка с идеальной фигурой и прямыми блестящими волосами цвета горького шоколада — она была просто великолепна, недосягаема.
Когда-то, еще до репрессий полиции нравов, считалась лучшей танцовщицей стриптиза в знаменитом на весь Предьял клубе «Барсук». Но судьба (а вернее, Его Высокопреосвященство Коул Тернер!) распорядилась иначе…
На месте клуба сейчас пустырь, а лицо Сабины пересекает большой уродливый шрам. Она живет в Поселениях — одном из особенных, огороженных районов Предьяла, где должны жить те, кто проходил по статье «Преступление против морали и нравственности».
И ей обещан Выпуск из Поселений за то, что она научит меня танцевать стриптиз. Ну, верней, как научит, даст несколько хороших уроков, чтобы я двигалась вполне сносно, дабы Вито Росси клюнул на меня, как на приманку.
И Сабина обещает, что научит, даже если ей придется ради этого «вывернуться кверху мясом». Тогда она сможет спокойно уехать из страны и сделать себе пластическую операцию.
