— Максим! Ну, что еще?! Сейчас довольно поздно, я уже не планировала сегодня выходить.
— Ева, брось! Всего восемь вечера.
— Но у меня был не самый простой день. Три встречи, организационные вопросы. Экспозицию переделывали! Я устала.
— Пожалуйста, — тихо и кротко попросил Шведов.
Он ни слова не сказал о присланных позавчера розах, и Еве это понравилось. Макс явно был не из тех мужчин, которые обязательно напомнят о своем подарке и потребуют отчета об испытанных эмоциях или намекнут на стоимость презента.
— Спасибо за розы, — смягчилась Ева. Настроение у нее теперь скакало, как у Анечки, то радость, то слезы.
Да что с ней происходит?!
— Пожалуйста, Ева. Так мы встретимся сейчас?
— Максим… Дождь за окном!
— Ну и что! Я уже подъехал к твоему подъезду. Давай, Ева. А то я ворвусь в квартиру. Дверь вынесу, ясно? — зарычал вдруг Шведов. Это яростное рычание очень контрастировало с предыдущим просительным тоном. — Я уже пятый раз умоляю тебя о встрече, и ты снова отказываешься! Все, мое терпение лопнуло!
рявкнул на нее точно так же, как она сегодня на Анечку.
И Ева, как и сестра, тут же испугалась и дала задний ход.
— Хорошо, — смирилась она. — Я выйду через… через…
— Пять минут! — подсказал Шведов.
— Ты что! Через сорок минут. Мне же надо одеться!
— Не выдумывай. Просто натяни джинсы на свою потрясающую попку и выходи.
— Макс! — возмущенно воскликнула Ева.
— Жду. Через пять минут начинаю ломать дверь. Все, я предупредил.
По его тону было ясно — терпение мужчины, действительно, лопнуло.
*****
Она вышла из подъезда прямо под дождь такая… такая маленькая и очаровательная, что у Макса сердце едва не выпрыгнуло из груди. Толстовка с капюшоном, джинсы, кроссовки… Светлые волосы собрала в короткий хвост, но так как длины не хватало, то отдельные пряди выбились и теперь обрамляли лицо золотым ореолом.
Макс как будто увидел ее впервые, красота Евы потрясла его. На миг он забыл, что происходит и зачем он здесь. Оказывается, новая неделя разлуки завела его еще дальше в его чувствах.
Теперь он просто изнывал от своего оглушающего влечения к этой прелестной девушке.
Которой он совсем не нужен.
Минуту они стояли рядом и смотрели друг на друга. Все вокруг дышало ночной прохладой, блестящие капли срывались и летели вниз с подъездного козырька, ступени крыльца блестели.
Больше всего на свете — до одури! — Максу хотелось прижать девушку к себе и жадно зацеловать пухлые губы без следа губной помады.
