Рустам снял три номера на одном этаже, но в «своём» я даже ещё не побывала.
Марине и маме объяснила по телефону, что меня отправили в срочную командировку. Жанне Юрьевне сказала, что заболела. Совсем завралась. Но что делать? Рустам сказал, что лучше пока не говорить о травме и состоянии Матвея, а то журналисты ринутся выдумывать небылицы.
В первую же ночь медсестра показала, где в отделении можно принять душ. Дорожная сумка, собранная дома за пять минут, была со мной.
Я быстро помылась, переоделась в домашний трикотажный комплект и вернулась в палату. Ночь провела в кресле, вздрагивая от каждого шороха и тут же кидаясь к Матвею. Но милый не двигался.
Наступил ещё один день, наполненный томительным ожиданием. Снова посетители, разговоры, Вася и Зоя Андреевна, угрюмый Рустам.
И ещё одна ночь…
В тёмном небе за окном появились первые звёзды. После душа я оставила дверь в коридор приоткрытой.
Там ярко горел свет, частично освещая и нашу палату тоже. Как пройдёт эта ночь, чем закончится? Может, именно сегодня Матвей очнётся?
Я забралась на кровать, пристроилась сбоку, обняла моего страдальца за шею, положила голову ему на плечо… Матвей ровно дышал, создавалась иллюзия, что мы просто лежим в обнимку… как будто отдыхаем… Как это было в его загородном доме после нашего бурного секса.
Я вдруг подумала, что так всё и будет продолжаться.
День, ночь, неделя, другая, месяц, год… Бывает, что люди годами не выходят из комы. Почему я решила, что мой любимый очнётся прямо сейчас? Зачем пообещала Васе?
Горячие слёзы потекли по щекам, чёрная тоска накрыла с головой.
Я лежала на груди Матвея и горько плакала. Почему же так не повезло… Наша история только началась, и, несмотря на ужасный старт, она уже могла бы превратиться в сказку.
Мы стояли на пороге новой жизни и собирались отправиться в огромный, чудесный мир — вместе!
Но произошла трагедия.
— Матвей, пожалуйста, очнись, — прошептала я, осыпая поцелуями широкую грудь мужчины. — Милый, любимый! Я здесь, ты меня слышишь? Давай же! Вспомни, как нам было хорошо вдвоём. Мы поедем домой, закроемся в твоём обалденном коттедже и снова будем день и ночь заниматься любовью.
