— Да ладно! — Мой мужчина остановился около кресла и окинул меня таким взглядом, что у меня по спине побежали мурашки, а низ живота скрутило судорогой. Это был взгляд изголодавшегося зверя, увидевшего соблазнительную добычу.
Пару секунд мы молча смотрели друг на друга, потом я перевела взгляд вниз. Эрекция Матвея была заметна невооружённым глазом. Я коварно улыбнулась, протянула руку, накрыла ладонью этот прекрасный инструмент и сжала. Под тонкой тканью штанов хорошо ощущалась его массивность и твёрдость.
От удовольствия Матвей на мгновение прикрыл глаза, а потом рвано выдохнул и подхватил меня на руки. Поднял с кресла и улёгся вместе со мной на кровать — так, что я оказалась сверху.
— Подожди, подожди, — прошептала я.
Но продолжить не успела, так как Матвей подтянул меня повыше и поцеловал в губы. Его язык вторгся в мой рот так сильно и решительно, что сразу улетучились все сомнения насчёт самочувствия пациента. У меня закружилась голова.
После всех волнений, горечи, страхов этот страстный поцелуй превратился для меня в живительный эликсир, в волшебство. Ладони Матвея уже гладили мою спину под трикотажным платьем, спускались к пояснице, соскальзывали ниже. Он приподнялся и дотянулся до моих бёдер, заставляя усесться на него верхом.
— Малышка моя… Любимая… Девочка моя чудесная. Ты так вкусно пахнешь… С ума схожу.
— Матвей, остановись! Нас же увидят! — паническим шёпотом прокричала я.
Дверь в палату была приоткрыта, на замок она не закрывалась. Это Матвей, вернувшись из душа, устроил сквозняк, ему было жарко.
— Да никто сюда не войдёт. Уже поздно. Даша, Дашенька… Такая шелковистая, гладкая… Солнышко моё…
Матвей быстро стащил с меня платье-футболку. Глаза у него сияли. Бюстгальтера на мне не было, таким образом в мгновение ока из одежды на мне остался кружевной лоскуток ярко-жёлтого цвета. Я сразу же закрыла грудь руками и снова испуганно оглянулась на дверь.
В коридоре слышались голоса медперсонала, где-то шуршали колёса каталок, ездил лифт. Но для посетителей уже было поздно… Надеюсь, никто к нам не придёт!
— Матвей, у тебя серьёзная травма…
— Я по башке получил, милая, а не по… эм… да. Чувствуешь, я уже готов к использованию! — жарко перебил меня любимый."
"О, да. То, о чём упомянул Матвей, уже совсем отвердело под тонкой тканью пижамных штанов.
