Опасный инстинкт (СИ)

— А знаешь, я даже рада, что так вышло, потому что мне осточертело подчиняться твоим маразматическим прихотям! Я не твоя вещь, понятно?

— Кстати, о вещах — не смей ничего трогать, убирайся в том, в чём я тебя подобрал — дешёвой тряпке с китайского рынка. И сними драгоценности. Серьги, подвеска, кольцо… Давай-давай… — на удивление спокойно произнёс Омаров, поднимая с пола бутылку и уцелевший стакан.

Глаза Евы вновь наполнились слезами. Громко шмыгнув носом, сняла с ушей тяжёлые серьги с крупными бриллиантами, не расстёгивая сорвала браслет и цепочку с шеи.

— Подавись своими подарками! Мне ничего от тебя не нужно! Я уже сочувствую той идиотке, что займёт моё место.

— Кстати, Алина давно на него метит, — поделился, сделав глоток.

Губы Евы растянулись в презрительном оскале:

— Я так и знала, что эта мерзкая полетаевкая болонка приложила к этому свои грязные лапы. Поздравляю, рот у неё что надо, тебе понравится!

— Мне уже понравилось.

— Сам пошёл к чёрту! Ненавижу тебя и всегда ненавидела! — прокричала Ева и, успев схватить сумочку, в последнюю секунду скрылась за дверью от летящего вслед стакана.

*** Ева надавила на оплавленный звонок старой реечной двери и прислушалась к звукам: лязгнула посуда, послышались неторопливые шаги. Замок натужно щёлкнул и на пороге появился Оскар — в серых тренировочных штанах и майке-борцовке; прислонившись плечом к косяку, вперил в неё вопросительный взгляд.

С той встречи в розарии прошло четыре дня, и всё это время они не перекинулись и парой фраз. Когда Омаров вышвырнул её из дома, она убежала в чём была — почти голая, в тонком халате и домашних тапочках. Добралась на такси до своей московской подруги Али, которая, хоть и без особой радости, но всё-таки любезно согласилась приютить у себя беглянку.

Аля когда-то училась с ней на одном курсе и осталась единственной, кто не отвернулся от внезапно разбогатевшей за счёт престарелого любовника Миллас.

Признаться, в том, что все связи с прошлым оказались разорваны, была виновата только одна Ева: выпив лишнего на вечеринке по случаю встречи однокурсников, она открытым текстом послала всех этих «нищих плебеев и лохушек», искренне полагая, что благодаря Сильвестру ей больше не нужен этот низший сорт, теперь она будет водиться с актёрами, певцами, известными телеведущими и жёнами олигархов.