Опер. Под гнётом власти

Что произошло? – рука сама потянулась за сигаретой, хотя утром подумывал, что надо бы бросать это дерьмо.

– Илья. Он пришёл побитый. Сказал, что побили из-за тебя. Дружки какие-то… – замялась. Что, сын и правда накосячил? Хреновое предчувствие превратилось в горький осадок во рту.

– Это всё? – спросил, затягиваясь крепким, горьким дымом.

– Нет. Ещё кое-что, – тяжело вздохнула, закрывая глаза.

Вербин кивнул, дав ей понять, что слушает.

– Он поцеловал меня.

В голове что-то взорвалось, со звоном рассыпалось осколками, каждый из которых вонзился ему в мозг.

Илья… Щенок, блядь. Так отца отблагодарил за всё?

Скрипнул зубами, зло вышвыривая окурок в приоткрытое окно. Лиза отчего-то дёрнулась. Ссыкуха. Он же ни разу руку на неё не поднял, чего шугается?

– И как? – получилось хрипло, зловеще.

– Что как? – растерялась, глазищами своими на него зыркнула.

– Андрей! Ты что? – воскликнула на одном вдохе, открыв от негодования рот. – Нет, конечно! Он же для меня как Сашка! Да я потому из дома и убежала, что растерялась! Я же… Я не ожидала такого!

Её оправдания выглядели правдоподобно.

Андрей бы почувствовал ложь. Да и не секрет для него, что Илья на Лизку заглядываться начал.

Нужно было его в Суворовское отправить. Чтоб с детства по струнке ходил. Чтоб всякие глупости в башку малолетнюю не лезли.

– Домой иди. У меня дела.

– Пообещай, что поговоришь с ним спокойно. Пожалуйста, Андрей. Я не хочу становиться причиной вашего раздора.

– Я сказал, домой. И без моего ведома чтобы больше не выходила.

Она раздражённо выдохнула, сжала тонкие пальцы в кулаки. Так, что захрустели.

– Без твоего ведома я даже в туалет не хожу. Не удивлюсь, если ты и в квартире камер понатыкал, – повернулась к нему, но взгляд Андрея её не остановил. Продолжила: – А знаешь что, Вербин? Я больше не хочу быть твоей карманной крысой. Я хочу, чтобы ты, наконец, обозначил, кто я для тебя. Какое место я занимаю в твоей жизни. Потому что оказалось, ты не хочешь детей. И я для тебя лишь любовница.

Но мне не нравится такая роль. Ты ни в чём не виноват, конечно. Ты живёшь так, как тебе удобно. И я всё понимаю. Но пойми и ты меня. Я не хочу быть твоей содержанкой. Я хочу двигаться дальше.

Вот как заговорила. Да, он понимал её. Знал, что рано или поздно взбунтуется. Но как же не вовремя, а!

– Вечером я приеду и мы поговорим, – она удивилась. Не ожидала от него такого спокойствия на свою тираду.

– Ладно, – открыла дверь. – До вечера.