Опер. Под гнётом власти

Стиснула челюсти и кулаки, уставилась прямо перед собой.

Андрей велел ни с кем кроме него не говорить. Да и от этого человека нужно держаться подальше – об этом буквально вопило подсознание. Нехороший он, злобный какой-то, это чувствуется даже на расстоянии.

Мужчина, похоже, и не ожидал от неё ответа. Пару минут потоптался у клетки, а после, тем же прогулочным шагом удалился.

Лиза упала на топчан, обняла себя руками от накативших волн страха и неприятного послевкусия, которое оставила эта непонятная встреча. Скорей бы эксперты подтвердили её невиновность, и Андрей бы её освободил.

Что-то нехорошее надвигается.

Глядя через толстые линзы в белесые старческие глаза, Андрей не верил своим ушам. Что ещё за херня?

– Что ты мне сейчас сказал?

Тот тяжело вздыхает, видать, осознаёт, что несёт дикую чушь. Да выхода, похоже, старику не оставили.

– Я слышал и вижу, дядь Игорь. Только и ты, и я понимаем, что чухня всё вот это, – потряс перед экспертом бумажкой с его паршивой подписью. – С высоты роста нормального такого мужика ножичком орудовали.

К тому же, я видел тела. По самую рукоять нож входил. Ты что, меня за дебила держишь? По-твоему, одна мелкая девчонка в состоянии уложить трёх взрослых людей, двое из которых полноценные, здоровые мужики? Ты что, дядя Игорь? Думаешь, я свою корочку в переходе купил?

– Я тебе всё сказал, Андрей. Не мешай работать, – старик намылился свалить, но Вербин преградил ему дорогу, оттеснил к шкафчикам с колбами, пробирками и прочей требухой. – Не понял?

– Сейчас поймёшь, – толкнув ногой дверь, чтобы скрыться от посторонних глаз, навис над стариком.

 – Слушай, дядь Игорь… Я тебе по морде ещё не дал только потому, что уважаю твой возраст и опыт. Но сейчас ты не прав. И лучше бы тебе не морочить мне голову. Мне нужен правдивый отчёт, а не вот это, – снова ткнул эксперту в харю его писанину.

Вербина знали в Центральном все. Знали не только потому, что начальник уголовного розыска и будущий нач отдела, знали его по повадкам и жёсткости. Иногда даже жестокости. Андрею по-другому никак.

Если даст слабину, свои же и предадут, всадят нож в спину. Сколько он повидал «правильных» офицеров. Единицы из них дожили до пенсии.

Андрей же не был правильным. Абсолютно. Все знали, на что он способен, и боялись. И его это устраивало. Уважение хорошо, но когда оно не подкреплено страхом подчинённых – пользы не имеет. Люди понимают только язык силы.

– Послушай, Андрюша… Ты если и так все понял, чего меня пытаешь? Мне до пенсии полгода осталось.