Опер. Под гнётом власти

Полгода! Мне вот это вот всё даром не надо. Я в чужие дела не лезу, просто молча и без ропота делаю, что говорят. Был бы я молодым, повоевал бы, может, вместе с тобой за эту девчонку, а так, извини… У меня у самого трое внуков. Их на ноги надо поставить, выучить…

– Ладно. Понял тебя. Но скажи мне, кто? Кто денег тебе дал за липовое заключение? Стеблин?

Дядя Игорь прикрыл глаза, молча кивнул. Ну, конечно, кто ж ещё? Упырь, похоже, всерьёз решил с Андреем потягаться. Сука.

– У меня к тебе одна просьба. Пока не вноси свой отчёт в базу.

Скажи, возникли неполадки или ещё что. Не готов пока, в общем. Дай мне день форы. У тебя проблем не будет, обещаю.

Дядя Игорь виновато опустил глаза, раздувая щёки, выдохнул:

В коридоре на Андрея налетел Миха, толкнув его в бок, показал взглядом на курилку. Место не то чтобы безопасное – постоянно кто-то ошивается – но вполне подходящее, чтобы по-быстрому перетереть тему.

Затянувшись дымом, Миха огляделся вокруг, приблизился к Вербину вплотную.

– Появился новый свидетель в деле по резне.

– Дай-ка я угадаю, этот свидетель видел, как Лиза входила в дом своей матери с бензопилой и плакатом «Всех порешу»? – примерно так звучат все доказательства её вины. Будто в дурку угодил.

Но Миха кровожадно ухмыльнулся, качнул головой.

– Ага. Почти. Только не Лиза. Двое мужиков.

– Говорю тебе. Один из собутыльников приходил к Шилову – ну, сожитель Лизиной матери который. У тех уже гулянка была вовсю, музыка, ор. Он из лифта вышел, а там два мужика какие-то замок вскрывают.

Ну и слышал он, в общем-то, всё, что там происходило. Потом мужики свалили. Прямо перед приходом Лизы.

– Пока в допросной закрыли, но лучше его оттуда убрать. Да и из отдела тоже. А то, чувствую, не доживёт наш свидетель до суда.

Вербин усмехнулся, затушил окурок в пепельнице.

– Никуда он от меня не денется.

Дверь в курилку открылась с протяжным скрипом, в проёме показалось лицо Лёши.

– Андрей Константинович? Тут к вам… Из прокуратуры.

– Твою ж мать. Стеблин, тварь, нажаловался, видать.

Ладно, пойду покажу им, как усердно мы трудимся. А ты пока спрячь мужика этого подальше.

Миха затянулся дымом, согласно кивая.

– На выход, Тишина! – прозвучало оглушающе громко в уже ставшем привычным безмолвии.

– А куда? – каждый шаг к выходу из камеры – будто приближение чего-то нехорошего. Она здесь себе психоз заработает, точно.

Дождавшись, пока Лиза выйдет, дежурный захлопнул дверь и склонился к её уху.

– Сейчас пойдём на допрос.