Опер. Под гнётом власти

Люблю, – Лиза действительно так думает, а что есть любовь… Она знала, как это любить свою мать, несмотря ни на что. Знала, как любить брата. То, что знает и чувствует каждый человек. Но мужчину она никогда не любила ранее, а потому сейчас не могла утверждать, что Андрей тот самый единственный и неповторимый. Но чувствовала это. По крайней мере, очень по нему скучает и ждёт. Это же, наверное, и есть любовь, да?

Андрей пришёл уже заполночь, когда Илья уснул на диване, а Лиза вышла убраться на кухне после вечерней готовки.

Скрипнула дверь, послышались тяжёлые шаги. Обычно Андрей ходит быстро и тихо, но сегодня ступал медленно, устало. Застыв с грязной посудой в руках, дождалась, пока он пройдёт на кухню.

– Привет, – улыбнулась, убирая посуду в раковину, и поспешила к нему.

Вербин был пьян. Ужасно пьян. Таким Лиза его ещё ни разу не видела.

– Случилось, – подтвердил, кивая.

– Не что, а кто. Ты, – обняв её за талию одной рукой, второй поднял почти пустую бутылку виски и допил остаток. – В спальню пошла.

Быстро!

Лиза вздрогнула от его тона, а потом отмела все опасения. Это же Андрей. Самец и доминант. Он всегда такой. Просто сейчас пьян… Видимо, у него проблемы из-за неё. Да и не удивительно. Он совершил ради неё такое, на что далеко не каждый пойдёт.

– Хорошо… Но может сначала поешь, ты не голоден? – Вербин проворчал что-то нечленораздельное и уволок её за собой, крепко прихватывая талию. – Подожди, я душ ещё не принимала…

Минуя ванную, притормозил, затолкал туда Лизу и, войдя следом, запер за собой дверь.

Приблизился к ней так, что Лиза почти уткнулась в его грудь носом и, уперевшись в стену руками по обе стороны от её головы, прошептал:

– Я сейчас в таком состоянии, что мне плевать, сходила ты в душ или нет.

А в следующую секунду дёрнул её вверх, припечатывая к стене и грубо хватая за бедро.

– Что надо сказать своему спасителю, малышка?

Лиза робко обняла его за плечи, потянулась к губам, пахнущим алкоголем и сигаретами.

Касаться её приятнее алкогольного дурмана, которым словно дымом заволокло разум.

И пахнет девочка так, что крышу сносит. Свежая, вкусная. Не пропахшая ещё вонью всего того дерьма, в котором он погряз по самую завязку. Она как глоток свежего горного воздуха после удушливого смога города. С ней хорошо – Андрею даже напиваться не нужно, чтобы это осознавать.

Горячо выдыхает его имя, обхватывает стройными ногами, позволяя отодвинуть тонкую полоску белья в сторону и, вытащив из штанов закаменелый член, направить в неё.