Опер с особым чутьем

Удавка или что-то вроде этого…

Павел насторожился, перехватил раздраженный взгляд Куренного: дескать, молчи, а то самого придушу. Нахмурилась Кира, задумалась – неплохое занятие для оперативника.

– Не бедствовал батюшка? – на всякий случай спросил Куренной.

– А кто же его знает, товарищ капитан, – развел руками Мамаев. – Он перед органами госбезопасности не отчитывался. Он работал на них. Имел контакты с товарищем Лариным из МГБ, сообщал ему кое-какие сведения о своей пастве… Но это так, домыслы. – Оперативник смутился.

 – Я вам ничего не говорил. Религия по-прежнему опиум, и эти паразиты – явление временное.

– Хорошо, работайте, – Куренной усмехнулся, – помолясь, так сказать…

За оперативником закрылась дверь. Наступило молчание. Саврасов собрал бумаги со стола и тоже испарился. Приказ помалкивать выполнялся с аккуратностью – и даже это раздражало оперативников!

– Что делать с тобой, Горин? – процедил сквозь зубы капитан. – Откуда ты взялся на нашу голову? Кстати, понимаешь, что совершил преступление? Ничто не мешало оставить Глисту в живых.

Уверен, ты знаешь, как придушить человека, чтобы он полчаса не путался под ногами. Но ты убил. Состояние опьянения и помутнение рассудка – не оправдание. То, что он дважды пнул тебя по причинному месту – тоже.

– Мама дорогая, – прошептала Кира и закрыла глаза.

– Не пинали тебя никогда по причинному месту, Вадим Михайлович, – вздохнул Горин.

Он сам понимал, что перестарался. Зато воздух в городе стал чуток почище.

– Глиста, конечно, не подарок ко дню рождения, и прибыл он к тебе не с дружеским визитом.

Нож в твоей халупе нашли, пальчики на нем принадлежат Глисте. Но какой-никакой советский человек, имеет право на признание ошибок и перевоспитание. А ты с ним… так грубо. Понимаешь, что по закону тебя должны судить?

– А совесть у нас, знаешь ли, пролетарская…

– Так и я о том же, капитан. Такие, как Глиста, не дают спокойно жить, строить справедливое общество. Не должно их быть на земле. И про перевоспитание ты мощно задвинул – сам понимаешь, что исправляет их только могила.

– А почему он, кстати, к тебе пришел? – встрепенулась Кира. – Шибко богатым тебя не назвать, квартирка так себе. Не с теми поссорился?

– Слово дадите – расскажу.4e192b

– Послушаем его, Вадим?

Куренной пожал плечами.

– Давай, ради смеха. Только долго не говори, Горин, от тебя такой адский перегар… Вообще не понимаю, как ты можешь в таком состоянии что-то соображать.

– Это только предположение.