Опер с особым чутьем

За ним влетел долговязый Коля Золотницкий. На площадке находился еще кто-то.

– Почему так долго, Горин? – гремел Куренной. – Спишь, что ли? Быстро одевайся, у нас ЧП! Крюк из-за тебя пришлось делать. Мы на машине, все здесь. Тебя только нет, и Киру Сергеевну найти не можем. Дома только отец, говорит, забегала вечером…

Немая сцена была, как в театре. Наспех одетая, растрепанная Кира возникла за спиной. Куренной потерял дар речи. Золотницкий от изумления выпучил глаза. Хрюкнул заглядывающий из подъезда Виталик Мамаев.

– Лопни мои глаза… – выдохнул Куренной. – Наш пострел везде поспел… Кира Сергеевна, а вы куда смотрите? Ладно, потом разберемся. Хорошо, что вы оба здесь. Быстро собирайтесь, машина у крыльца. Оружие еще не потеряли?

Куренной повествовал, пока облачались, катились по лестнице, забирались в пикап ГАЗ-4, в кузове которого сидел Саврасов, а за рулем курил Шурыгин. На кирзавод, который находился неподалеку, на северо-восточной окраине, вечером привезли зарплату. Почему вечером? Да потому, что бардак везде! Или злой умысел.

Рабочие и прочие сотрудники давно разошлись. Зарплату оставили в сейфе, поручив охрану местному сторожу. Это же форменное вредительство! Огромная сумма денег – и всего лишь инвалид с берданкой? Куренной ругался матом, не сдерживаясь. Касса – отдельно стоящая будка, примыкающая к заводоуправлению, стены в принципе прочные, дверь нормальная, на окнах решетки. Но все равно… В общем, если неприятности суждено случиться, то она случается. Касса подверглась нападению неизвестных. Сторож оказался не ротозеем, выявил опасность на ранней стадии, заперся, позвонил в милицию. По словам дежурного, человек выл от отчаяния, кричал, чтобы быстрее прислали помощь, он долго не продержится. Группа из четырех милиционеров выехала почти мгновенно. Оперативники припозднились, требовалось собрать людей…

– Пулей грузитесь, мужики! – покрикивал из кабины Шурыгин. – Столько времени потеряли! Кира Сергеевна, что вы сегодня как неживая? Эй, постой-ка. – До Шурыгина дошло. – Кира Сергеевна, а вы откуда? – И замолчал, охваченный страшным подозрением.

– Гони, Шурыгин, все уже сидят. – Куренной запрыгнул в кабину, хлопнул дверцей.

В символический кузов поместились пятеро. Весь отдел был здесь. Кира забилась в угол, отвернулась. На нее смотрели с любопытством. Хорошо, что ночь, а то сгорела бы от стыда! Шурыгин взял с места в карьер, пикап развернулся, покатил к выезду из барачного квартала.

– Здесь недалеко, – сказал Саврасов, – минуты за три доедем.