Операция «Антитеррор»

Надо бы спуститься и включить двигатель – прогреть, но не оставишь же «старушку» внизу работающей.

Я вернулся в комнату. Леня тоже проснулся и сел на кровати. Если бы не последствия визита прекрасной незнакомки – результатом чего и стала опухлость физиономии, – никогда бы не подумал, что он с вечера прилично «нагрузился». Но, сколько его помню, он всегда такой. И почти никогда с похмелья не болеет. И все помнит, что вечером было.

В отличие от своего нежданного и довольно редкого гостя, то бишь частного сыщика Толстова Сергея Ивановича, выполняющего конфиденциальное поручение некоего майора городского уголовного розыска.

Кстати, насчет поручения...

– Так о чем мы с тобой вчера договорились?

Одеваться мне не надо было, потому что спал я в том, в чем к нему пришел, но, чтобы привести одежду в порядок, надо было все-таки собрать с нее перья, которые налипли на меня со всех сторон.

– О чем договорились? Ни о чем мы не договаривались... – Подполковник с утра суров. – Ты спрашивал про мой коронный удар.

Не знаю я никого из живых, кто так бьет. И я так с левой не смогу. Если потренироваться годик, то, может быть, что и получится. Ты похмеляться будешь?

– Нет. Мне сегодня работать. Если хочешь, могу тебе бутылочку взять.

– Мне тоже вечером на работу. Переживу.

– А насчет твоей чеченки – следует подумать. У меня есть кое-какие мысли. Вполне вероятно, что эта Мария и за мной охотится.

– То есть? Хочет тебя завербовать?

– Меня «заказали» женщине-киллеру по кличке Гаврош. В назначенное для акции время она не пришла.

И мы зря готовились. Я не думаю, что она отступилась. Наше местное ФСБ запрашивало Москву. Гаврош воевала в отряде Хаттаба и даже командовала диверсионной группой. Два представителя боевиков в нашем городе, и обе женщины – это, мне кажется, слишком. Я пришлю, пожалуй, к тебе Асафьева...

– Майор из ФСБ. У него красивый шрам на лбу – я оставил, так что узнаешь сразу. А в остальном он мужик толковый. Может быть, сможешь с ним вместе сделать фоторобот.

Проханов смачно зевнул и потянулся:

– Присылай.

Я с семи вечера сегодня заступаю на дежурство. Или пусть раньше появляется, или уж завтра. Как ему удобнее. Днем я никуда не пойду. А лучше бы вместе завтра завалились. После работы можно было бы и «принять» за знакомство и сотрудничество.

– Хорошо. – Я закончил, как птица, «чистить перья». Ох и нелегкая это работа в моем состоянии. Теперь я понимаю, почему птицы не пьют. Впрочем, в моем состоянии любая работа нелегкая.