Операция «Моджахед»

Работа у них такая.

— А там надёжно? — спросил я по-чеченски Рашида.

— Где? — абрек от неожиданности даже обернулся.

— В том месте, где ты хочешь нас спрятать от этих проклятых гяуров.

— А, это... — Рашид судорожно вздохнул. — Слушай, совсем тупой стал... Да, там очень надёжно. Ни одна собака не узнает...

Это просто замечательно, что первым идёт Рашид. Это всех нас спасает. Не потому, что его убьют первым, а остальные успеют укрыться. Тут укрыться негде. Просто Рашид — чеченец. Явно и ярко выраженный...

— Не ори, не дома, — шёпотом напомнил Костя.

 — Я же просил — нормальным голосом!

— Не части, — буркнул я на правах сзади идущего. — Сказали же, считай до двадцати.

— Задолбали! — злобно прошипел Вася. — Чего вы меня сегодня все тыкаете? Нашли пацана...

Так вот, это здорово, что Рашид — чеченец. Если кто-то оттуда смотрит в прицел, видят в первую очередь его бородатую физиономию, а потом уже всех остальных — мельком, урывками, потому что мы шагаем след в след. И хорошо, что он высок ростом и плечист.

Мелкого Васю за его спиной вообще не видят...

— А там у тебя родственники или просто кунаки? — я продолжал необременительно общаться с Рашидом.

— Там все — мои кунаки, — на этот раз Рашид отреагировал с ходу. — Но такие, что даже лучше родственников. Ты не думай, вам совсем не о чем волноваться. Сами придёте и увидите...

— Молодец, — шёпотом одобрил мне в затылок Костя. — Понимает политику партии. А вы бы не только о делах, но и пошутили как-нибудь. Чтоб не в напряг. Ну, например, по поводу Васи.

Да, надо ему имя придумать. Пусть будет Мустафой.

— Этого малыша будем звать Мустафой, — сказал я Рашиду. — Он сегодня маленько не в духе. Но вообще, он парень что надо...

— Мустафа грустный что-то, — сказал Рашид. — Всё так хорошо идёт, мы скоро будем кушать чепилгаш и жижиг-галныш...

— Он просто устал, — объяснил я. — В последние несколько дней федералы нас просто достали. Житья от них не было...

Костя неплохо придумал с привлечением Васи к беседе. Точно, как будто какая-то массовка вырисовывается, и он между нами не выглядит странно молчащим буфером.

Как и каждый разведчик, Вася владеет набором обиходных фраз на чеченском. Правда, этот набор предназначен для допроса в жёстком режиме (все чеченцы знают русский, но когда на родном — доходчивее), но в нём встречаются и нормальные выражения, как говорит Костя, сугубо пацифистского характера...

— По-моему, у Мустафы температура, — Рашид затравленно втянул голову в плечи. — Точно, он здорово устал.