Операция «Моджахед»

До нужной точки не доехали двести метров, развернулись в сторону Галюгаевской и встали на обочине.

— А номера? — намекнул Никифор.

— А ты думаешь, мы по своему произволу побаловать выскочили? — усмехнулся Иванов. — Нет, брат, мы на службе государевой.

— Смотрите, вам жить...

Никифор был недалёк от истины. То, чем сейчас собиралась заняться команда, не совсем помещалось в рамки правового поля ОРД (оперативно-розыскной деятельности). То есть, дело вроде нужное и важное, но по большому счёту незаконное.

Спросите любого адвоката, что нужно простым военным для задержания лица, подозреваемого в причастности к организованной террористической деятельности, если вы не в районе боевых действий, и не пребываете в режиме чрезвычайного положения. Если адвоката под рукой нет, скажем так, навскидку: вообще-то, военные сами этим заниматься не должны, это не их профиль. А если уж занимаются, то с санкции территориальных органов и при наличии, как минимум, постановления прокуратуры. Постановление даётся только при наличии ряда материалов, со всех сторон обосновывающих законность данного деяния. ..

Короче, это очень долго и муторно. Поди, собери те данные за оставшиеся полчаса! Тут и объединённая бригада «важняков» руки опустит. За время своего функционирования команда привыкла работать именно в таком режиме: быстро, внезапно, порой даже спонтанно, вообще без всяких обоснований. То есть на свой страх и риск, с учётом возможных последствий для каждого члена коллектива в случае какой-либо ошибки либо небрежности.

Иначе просто не получалось. Почему-то всегда случалось так, что, едва вопрос касался соблюдения официальных предписаний, дело мгновенно замирало в мёртвой точке и в любой момент обещало развалиться. Так что приходилось заниматься произволом, уповая на удачу и на поддержку в случае возможных осложнений спецпредставителя президента по ЮФО...

Воспользовавшись оперативной паузой, коротко оговорили детали предстоящей беседы.

Система, в принципе, наработана, просто нужно уточнить кое-что по обстановке. В данном случае, как обычно, в роли прокурора выступал Костя Воронцов. Ему предстояло за считаные секунды правильно оценить степень вовлеченности «объекта» в интересующий команду процесс и тут же, на месте, выдать санкцию. В смысле — брать и трясти или попросту извиниться и отпустить с миром.

Движение на этом отрезке трассы, как верно отметил Иванов, было довольно оживлённым.