Опергруппа в деревне

Даже уши не опалишь…

– Ни-за-что!!!

– А как же долг служебный, милицейский? – пошла давить на совесть Яга. – Али не сказали тебе русалки, али сам Кощеюшка не поведал, что со всею землёй будет, когда зараза эта пагубная из своего могильника выползет… Ну так что? Или скидывай погоны, раз ты сам такой милицейский оборотень! Или в печку… Решай…

– В печку, – подумав, насупился я. – Но если со мной там что… я вас вовек не прощу! Потому что даже жениться не успел…"

"– Успеешь, женишься, – тихо бормотала Яга, помогая мне по-узбекски скрючить ноги на лопате.

 – Ещё небось спасибо скажешь за такую закалку экстремальную перед жизнью семейной. Ну, готов, что ли? Фуражку-то сними!

– Готов. – Я прикрыл головным убором лицо от бьющего жара. Ботинки скоро начнут тлеть, поскольку шнурки уже явно дымятся…

– Всем стоять, одно движение, и я стреляю!

В распахнувшееся окно беззвучно скользнул воронёный ствол пистолета.

Мы обернулись, Алекс Борр встретил нас самым презрительным взглядом:

– Вы не успеете её остановить. Слезьте с лопаты, герр Ивашов, или я застрелю вашу заботливую гроссмутер…

Я тихо кивнул, но, прежде чем успел осознать происходящее, твёрдая бабкина рука мигом спихнула меня в ревущее жерло печки!

– Давай, Никитушка! – донеслось вслед, сливаясь с грохотом выстрела.

* * *Оранжевое пламя объяло меня со всех сторон… Потом была мгновенная тьма, колючая и настолько плотная, что сдавило виски.

Я ощутил себя летящим по металлическому тоннелю, где в конце кое-как брезжил свет. Долетел до этого места быстро, а попал в результате в настоящий морозильник. Сейчас попробую расписать интерьер в цвете.

Ну, довольно большая сводчатая комната, ходить можно, не пригибаясь, но с осторожностью – весь потолок в качающихся сосульках соли, острых, аж жуть.

Полы словно стеклянные, скользкие до невозможности и отражают всё, как зеркала. Освещение довольно яркое, причём источник света один – гроб.

Да, да! Посередине комнаты, на резном постаменте покоится прямо-таки классный гроб! Других слов не нахожу… Выдержанный классический дизайн, благородная резьба, минимум украшений, никакой попсовой вульгарности – полное соответствие качества самой идее погребения.