Опомнись, Филомена!

Я молчала.

– Но лучшее – враг хорошего.

Хотелось есть. И неплохо было бы вернуть себе контроль над собственной конечностью. Я даже потянула руку на себя, но, видимо, с недостаточной силой."

"– Послушная, не слишком уродливая и молчаливая жена…

Выдернув ладонь, я протянула, не глядя на дожа:

– Три раза мимо.

Ему не успели доложить, что немота моя прошла. Чезаре вздрогнул и повернулся ко мне. Я продолжила:

– О послушании не мечтайте, ваша серенити.

– Однако!

– Сегодня я согласна исполнить роль вашей нареченной, но лишь сегодня.

Оратор у подножия сменился, я поняла это по тому, что Чезаре кивнул вниз и взмахнул рукавом. Я зеркально повторила его жест.

– Каким же образом, любезная супруга, мы расстанемся?

– Это сложно?

– После того как ты написала кардиналу свое имя? Конечно. Будь ты хоть на толику предусмотрительней, можно было бы провернуть спектакль с растворением в пенных волнах. Плаваешь хорошо?

– Да, – ответила я честно.

Предложение это обдумывалось тщательно. На дожа я не смотрела, но чувствовала, что его тело напряглось и замерло, так застывают кошки, рассчитывая прыжок.

– Как именно ты собираешься распорядиться своей свободой?

– Закончить учебу и выйти замуж за того, кому отдано мое сердце.

– Учебу?

– «Нобиле-колледже-рагацце» – школа для благородных девиц, учрежденная указом светлой памяти дожа Дендуло.

– И кто тот счастливец, что поведет к алтарю дипломированную благородную девицу?

Я покачала головой:

– Имя его я хотела бы сохранить в тайне, но можете быть уверены, этот синьор – достойнейший из смертных.

У подножия начиналось представление. Толпа расступалась, и в центре площадки извивались фигурки танцоров. Стоит быть владетелем целого государства, чтоб сидеть на галерке?

– Учениц в колледже много?

– Всего двадцать.

– Значит, среди оставшихся девятнадцати твой синьор без труда выберет себе другую супругу.

Почему-то я вообразила себе безобразную сцену, как Эдуардо – мой Эдуардо! – заключает в объятия синьорину Раффаэле, и едва не лишилась чувств. Как он жесток! Не синьор да Риальто, а дож! Но чего ждать от негодяя, пытавшегося убить головонога?

– Вы дадите мне развод?

– Конечно, дам. – Чезаре энергично кивнул, и его рогатая шапка нависла надо лбом.