На мониторе включен прямой эфир из токийского аквариума, и я на минутку задерживаюсь, чтобы полюбоваться на танцы экзотических рыбок под расслабляющую музыку.
А вот и кровать, и мой Наиль, растянувшись во весь рост, обняв подушку, спит так крепко, что даже не слышит, как я присаживаюсь рядом на пол.
Он в простых домашних футболке и штанах. Одна штанина задралась, выставляя напоказ ногу, покрытую редкими темными волосками. Вообще я терпеть не могу обильную поросль, но у моего Ветра, кажется, ее не очень много.
Вспоминаю то единственное фото и растекаюсь в улыбке: он определенно вписывается в мой критический «максимум».
Не хочу его будить. Просто сажусь поудобнее и рассматриваю лицо мужчины, которого по всем законам жанра должна бы ненавидеть, но вместо этого, как девочка, посреди ночи украдкой сбегаю к нему на свидание. Мы все совершаем ошибки: большие или маленькие — не так важно. Он совершил ошибку, я тоже погорячилась. Но судьба дала нам второй шанс, хотя, кажется, эту судьбу звали Ян.
И это все было бы смешно, если бы не было так … странно.
Мой Наиль безумно красив даже вот такой: с чуть растекшейся по подушке щекой, приоткрытыми губами и растрепанными волосами. У него длинные ресницы, совсем, как у девчонки, и щетина на щеках колючая, когда я провожу по ней тыльной стороной ладони. Кажется, я вполне смогу просидеть так до самого утра, но он все-таки просыпается: медленно открывает глаза и от того, каким безумно красивым и родным выглядит в этот момент, я медленно падаю в бездну щемящей нежности.
Ветер несколько раз моргает, наверняка раздумывая, сон я или явь. Протягивает руку, трогая висящий на моей шее медальон.
— Умница, — бормочет сонным голосом и тянет на себя.
Я тону в его теплых объятиях, зарываюсь носом в шею, вдыхая аромат дымной лаванды. Мне так хорошо сейчас, что даже страшно пошевелиться. Если в жизни каждого человека случается лишь один идеальный момент, то вот он, мой. В его руках я могла бы провести Вечность.
— Скучал по тебе очень, — говорит мой сонный Ветер и переплетает свои ноги с моими.
Мы взрослые люди, обремененные своими повседневными делами и заботами, и у каждого есть груз проблем, который нельзя облегчить или сбросить у порога до завтра или послезавтра. Бегать на свидание в восемнадцать и почти в тридцать — очень разные вещи. Но даже вот такие обрывки встреч — бесценны своей неидеальностью.
Мне не нужно лучшее, мне важно настоящее.
