Ошибка «2012». Мизер вчерную

Судя по отдаче в ударной ноге — на совесть отправил, надолго. А они явились обратно. В бинтах, в больничном белье. Да ещё и в компании других гуайло, из местной триады, тоже точивших на Мастера пребольшой зуб.

Положение становилось угрожающим. Впереди — четверо недобитков, вооружённых дубинами и ломами, сзади — близящаяся погоня, любимые парные крюки — внизу, в багажнике джипа. А с «шальными полумесяцами» против меча особо не повоюешь. Ситуация требовала немедленного исправления, что Мастер тотчас и сделал:

Способом «бычьего копыта» пнул в грудь переднего нападающего, косившего под народного депутата.

Да не просто пнул, а закрутил свою ци смерчем, чтобы удар прошёл навылет, чтобы его энергии хватило на всех. Расчёт оказался верен — нападающие посыпались вниз, как сбитые костяшки домино. Но, что опять-таки удивительно, не замерли у подножия лестницы мычащими комьями биомассы, нет, стали барахтаться, открывать глаза, силиться встать… И это после пушечного удара, способного повалить лошадь?!

Вот тогда Мастер окончательно уверился, что Рубен был прав.

Ему противостояли не люди.

…Когда-то Звонов с женой возили маленькую Алёнку показывать Питер. Увидели в одном из парков чешские аттракционы, соблазнились «Пещерой ужасов», встали в довольно длинную очередь… На фанерных стенах павильона были нарисованы скелеты, призраки и восставшие мертвецы, тащившие под мышками собственные усатые головы. Супруга даже усомнилась, будет ли Алёнка ночью спать после такого аттракциона, но папа с дочкой упёрлись — хотим! Обозревать «Пещеру ужасов» предстояло с небольшой тележки, бежавшей по рельсам.

Одна за другой тележки укатывались за непроницаемый занавес и, с минуту попетляв внутри, выкатывались наружу. Звонов, помнится, обратил внимание на странное выражение лиц граждан, покидавших сиденья. Пока он прикидывал про себя, соответствовали ли они удару пыльным мешком, или тут было что-то другое, настала их очередь. Подкатила тележка, и супруга изготовилась рукой закрывать Алёнке глаза.

…А минуту спустя они вставали с деревянных сидений, вероятно с точно такими же физиономиями, как и люди до них. Нырнув в сумрак, тележка выписала синусоиду по тёмному коридору, десяток раз шарахнувшись от слабо светившихся силуэтов, весьма примитивно — это было заметно даже в движении — намалёванных на картоне выдохшейся флуоресцентной краской. «И ради этого я сорок минут в очереди стоял, да ещё и деньги платил?..