Ошибка «2012». Мизер вчерную

Дождь над Центральным парком

Мамба потянулась так, что захрустели кости, с уханьем зевнула и поднялась с постели, едва не сбросив на пол большую чёрно-жёлтую змею паму, пригревшуюся у тела.

— Прости, девочка… Мамочка не нарочно.

Бесцельно, ещё не совсем проснувшись, Мамба прошлёпала по комнате и остановилась у окна, задумчиво почёсывая ягодицы.

Видели бы сейчас её скульпторы! Особенно афроамериканские, воспевающие красоту и величие чёрного тела! Вот она, вот она воистину, праматерь Чёрная Африка, чей образ вы тщитесь запечатлеть в базальте и диабазе!.

Внизу уныло зеленел мокрый от дождя Центральный парк. Холодные капли хлестали по стёклам фешенебельных квартир, за которыми, возможно, точно так же нагишом стояли сейчас Мадонна, Вуди Аллен и даже призрак Джона Леннона… Только Мамба думала сейчас совсем не о них. Сон был ещё свежим, и, глядя на одинокого бегуна, огибавшего рябой от капель пруд имени Жаклин Кеннеди, бывшая жрица мысленно перебирала приснившееся.

И виделись ей не жертвенная кровь, щедро убегающая в песок, не разрывы огненных стрел белых, а бездонное синее-синее африканское небо и в нём свежие после дождей листья пальм и акаций, и даже кондиционированный воздух вдруг словно бы донёс ароматы знакомых трав и цветов, приправленных солёным дыханием далёкого океана…

Мамба проводила взглядом бегуна, удиравшего от инфаркта прямо к воспалению лёгких, зевнула, покачала головой, взяла «Уолл-стрит джорнал» и отправилась в удобства.

Здесь всё было так, как ей нравилось, а любила она неброскую роскошь добротной и продуманной функциональности.

«Ну да, всё правильно… Они уходят. — Мамба зашуршала страницами, спустила воду и перебралась под душ. — Уроды! Радетели, блин, судеб человечества! Хранители, такую мать! Паму каждому из них за шиворот…»

Злобу из души следовало изгнать. Мамба перебросила кран, пустив холодную воду, и её пятки пустились в путь по зелёному с прожилками мрамору, отбивая ритмы сосредоточения.

И вот вам пожалуйста. Как на стройплощадке, под которую сравнивают с землёй индейское кладбище, а потом удивляются, отчего трансформаторы, заказанные в Калифорнию, оказываются в Техасе, а лифты — в Чикаго…

Доведя танец сосредоточения едва ли до середины, Мамба осознала, что винить во всём ей следовало только себя.

Если хочешь, чтобы дело было сделано, — берись и делай сама.