Ошибка президента

Это, впрочем, вовсе не было гарантией того, что она и в жизни окажется такой же красивой – Турецкий никогда не понимал смысла всех этих конкурсов, – ведь женскую красоту нельзя на самом деле измерить в сантиметрах.

Когда-то один из приятелей Турецкого по просьбе Ирины, тогда еще Сашиной невесты, привез из-за границы несколько журналов мод. Особенно поразила Сашу топ-модель, которую звали Кейт Мосс. Она была самым настоящим скелетом, рядом с которым и Настасья Кински выглядела бы толстушкой. Но не это запомнилось Турецкому, а то, что он в жизни не видел более тупого и невыразительного лица.

И теперь, входя в палату, где лежала участница конкурса красоты, Турецкий испытывал совершенно излишнее для следователя Мосгорпрокуратуры любопытство.

Охранник внимательно проверил его удостоверение и молча пропустил Турецкого в палату.

Это было просторное помещение, посреди которого стояла больничная кровать, оснащенная по последнему слову медицинской техники. Рядом на тумбочке, накрытой белоснежной салфеткой, красовалось блюдо с фруктами.

Было так тихо, что Турецкий на миг испугался – жива ли Татьяна, но вот на кровати произошло какое-то движение – женщина лежала, уткнув лицо в подушку, так что единственное, что Саша смог сразу же разглядеть, были густые каштановые волосы с золотым отливом, разметавшиеся по одеялу.

Не зная, как быть, Турецкий прокашлялся.

Волосы на кровати шевельнулись, еще миг – и к нему повернулось бледное лицо с огромными темными глазами.

Лицо, обратившееся сейчас в его сторону, казалось, принадлежало не женщине, а девочке-подростку, оно было совершенно непохоже на тот образ красивой, уверенной и знающей себе цену женщины, который сложился у него по фотографиям.

Она выглядела бестелесной и невыразимо прекрасной, как ангел. По-видимому, лицо изменилось из-за перенесенного шока и отсутствия косметики. Кожа казалась прозрачной, а глаза смотрели настороженно и немного испуганно.

– Здравствуйте, Татьяна Ивановна, – сказал Турецкий, и сам удивился тому, как странно прозвучал его голос.

– Я старший следователь по особо важным делам Мосгорпрокуратуры Александр Турецкий, вот мое удостоверение.

Он подошел вплотную к кровати и протянул раскрытую книжечку.

Татьяна, даже не взглянув на документ, продолжала молча смотреть на следователя. Турецкому стало немного не по себе под взглядом огромных темных глаз.

– Врач разрешил мне немного побеседовать с вами, – продолжал он, пододвигая себе стул. – Вы не возражаете? Я хочу задать вам несколько вопросов.