Ошибка президента

Она стрекотала по-английски, убеждая господина офицера, что вывозимый ею персональный компьютер ни в коем разе не подпадал ни под какие эмбарго. Таможенник, не слушая, величаво двигался к аккуратно сложенным коробкам и вертел на пальце складной нож с тремя десятками лезвий. Господин офицер желал удостовериться лично.

До отплытия оставалось сорок минут.

У человека, поименованного в паспорте Алексеем Снегиревым, особого имущества с собой не было. Только кожаная сумочка на поясе и видавший виды ярко-красный рюкзак.

В нем лежал невесомый спальный мешок, в котором тем не менее можно было спать на антарктическом льду. Еще там был фотоаппарат, несколько пленок к нему, магнитола «Шарп» и кое-какая одежда. В том числе два потасканных спортивных костюма и далеко не новые кеды. Если бы эти костюмы попали в руки криминалистов, они нашли бы в них растительную пыльцу такого количества стран, что по ним хоть ботанику изучай. Но это вряд ли возможно.

Бородатый таможенник до половины вытащил из коробки процессорный блок и глубокомысленно изрек:

– Да.

Это действительно похоже на модель тридцать три мегагерца, которую провозили здесь на прошлой неделе. Я удовлетворен, закрывайте.

И сам извлек из кармана толстый моток скотча, чтобы заклеить раскуроченную коробку. Девица растерянно улыбалась.

Человек, называвший себя Алексеем Снегиревым, тоже  улыбнулся и пошел на корабль по длинному виадуку, обтянутому на случай дождя ярко-желтой синтетической тканью.

Билет у него был самый что ни на есть дешевый, и каюта располагалась глубоко в недрах парома.

Собственно, это была даже и не каюта для пассажира, а закуток для водителя грузовика. Именно так значилось в плане корабля. Спускаясь вниз, Алексей Снегирев заглянул в случайно открытую дверь грузовой палубы и действительно заметил сквозь, щель гигантское мокрое колесо.

Его каюта располагалась еще ниже. В этом месте борт корабля уже изгибался к килю: потолок каюты был значительно шире пола, а спальная банка располагалась на уровне груди.

Кроме банки в каюте имелись раковина, зеркало и кресло с лежавшим на нем пестрым буклетом, по-шведски повествующим о прелестях отдыха в Санкт-Петербурге. На полочке у зеркала, на самом видном месте, красовался конвертик для чаевых.

Алексей посмотрел в зеркало. На него доброжелательно взирал худой мужчина с коротким ежиком бесцветных волос, то ли пепельно-светлых, то ли совершенно седых. При люминесцентной лампе поди разбери.