Ошибка президента

Глаза тоже были почти бесцветными, светло-серыми, словно вылинявшими. А ничего все-таки получилось, подумал о себе Алексей. Симпатичный. Где-то даже располагающий.

«В тебя когда-нибудь стреляли свои?»

А вот это было уже ни к чему. Глаза человека в зеркале начали меняться. Теперь они смотрели словно сквозь линзы оптического прицела. Что-то рановато начала сказываться близость исторической родины…

Вечером, когда остались за кормой стокгольмские шхеры, он запер каюту и пошел прогуляться по кораблю.

В первом же салоне крутили видеофильм. Алексей вошел в самый душераздирающий момент: молодые муж и жена, не вовремя заглянувшие в бар, стали свидетелями жуткого изнасилования. По всей видимости, остальные полтора или два часа супругам предстояло мучительно решать вопрос, давать или не давать показания в суде.

Его это не заинтересовало, и он двинулся дальше. Подышал воздухом, устроившись на верхней палубе за трубой и глядя, как пропадает за кормой огонек далекого маяка.

Потом спустился обратно к себе и лег спать.

На другой день рано утром должна была состояться шлюпочная тревога. По сигналу колокола громкого боя пассажиру предписывалось потеплее одеться, надеть на себя спасательный жилет и смирно ждать, пока за ним придут и проводят к шлюпке номер такой-то. Колокол громкого боя действительно поднял бы и покойника, тем более что висел как раз напротив двери каюты. Алексей оделся, послушно завязал жилет и стал ждать, но никто за ним не пришел.

Сняв жилет и раздевшись, он взял с полочки у зеркала фирменный конвертик для чаевых. Усмехнулся и подбросил его. Когда конвертик в конце концов упал на пол, в нем красовались четыре дыры. Алексей порвал его на мелкие части и выкинул в туалет.

Над водой начал вырастать Санкт-Петербург.

Алексей нашел на одной из пассажирских палуб обращенный вперед иллюминатор и простоял возле него три с половиной часа. «Ильич» прошел Морским каналом, осторожно пробрался сквозь узкости порта и, наконец, встал у причала.

Еще через некоторое время, легальнейшим образом миновав границу, Алексей Снегирев вскинул на плечи рюкзак и вошел в город, где его никто не встречал.

После суток на корабле тело просило движения, и он отправился на метро «Приморская» пешком: невзрачный, поджарый мужчина среднего роста, каких полно в любом городе мира. Вот только профессия у него была, какую ни в каких документах обычно не пишут.