– Она была ребенком, – вздохнул я, – испуганным донельзя. В институт поступать Оксана, наверное, даже не пробовала. Просидела некоторое время дома. Жила за счет продажи имущества.
– Спустя полтора года родила девочек, – добавил Борис, – она не гулящая баба. Наивный, домашний, избалованный подросток, влюбилась в недостойного мужчину. Может, женатого. Он, небось, ей пригрозил: расскажешь, что дети от меня, убью.
– Это наши фантазии, – вздохнул я, – из точных сведений у нас лишь то, что после смерти родителей Гончарова не училась, не работала, родила двойняшек, оставила их в роддоме, до достижения двадцати трех лет незнамо чем занималась.
– Может, она работала без оформления, – предположил Боря.
– Маловероятно, – возразил я. – В год появления на свет сестер в России еще не победил разнузданный капитализм, без оформления никто сотрудника не взял бы. Официально Гончарова начала работать только в двадцать три года. Нигде долго не задерживалась. В конце концов продала квартиру в Москве, перебралась в деревню.
Сейчас она наконец-то замужем, воспитывает падчериц.
Я замолчал.
– Иван Павлович, тут незадача случилась, – вздохнул Боря.
– Какая? – спросил я.
– В десять утра в дверь позвонила Юля, администратор из ветклиники. Она приехала забрать анализ собаки.
– Господи, – ахнул я. – Совсем забыл!
– Вы и не должны помнить о таких мелочах, – погасил мое чувство вины Боря, – это моя задача. А ваш покорный слуга за десять минут до появления Юлии погулял с Демьянкой.
И ни капли из псины уже не выдавить. Я полагал, что Юлия рассердится. Но она засмеялась, пообещала завтра опять приехать. Иван Павлович, когда вы вернетесь?
– Через час, – предположил я, – но, сами понимаете: дорога непредсказуема.
– Давайте сразу соберем все для анализа, – предложил Борис. – Юлия объяснила: если поместить банку в холодильник до завтра, то с содержимым ничего не случится.
– Так и поступим, – согласился я, нажал на педаль газа, но тут же попал в гигантскую пробку, которая образовалась у въезда в тоннель.
Простоять пришлось без малого час. Затор произошел из-за фуры, которая застряла в ограничителе. Вопрос, почему водитель решил, что благополучно проедет там, где его большегруз никогда не пролезет из-за своей высоты, задавать не стоило. Наконец я вырвался на проспект, обрадовался, а зря. Минут через пять перед глазами появился новый «хвост», на сей раз его причиной стала авария.
