– Хорош тинейджер! Она уже давно не школьница, – заметила пожилая дама, – я в ее возрасте была замужем, ребенка родила. Значит, Ника дров не наломала?"
"– У меня таких сведений нет, – успокоил я даму, – если не ошибаюсь, Вероника не родная ваша внучка.
– Как это? – возмутилась собеседница. – С пеленок ее воспитывала, ночей с ней не спала, днем глаз не спускала.
Я изобразил смущение.
– Я неточно выразился, простите. Конечно, девочка вам родная, но общей генетики нет. Ваш сын Никита и его жена Алевтина удочерили Нику.
Мои слова оказались полной неожиданностью для Екатерины. Наверное, поэтому она не сдержала возгласа:
– А вы откуда знаете?
Ответ: «Одна птичка на ухо нашептала» – явно не подходил. Я посмотрел Кизяковой прямо в глаза.
– Документы сохранились.
– Бумаги об удочерении не показывают посторонним, – нахмурилась Кизякова.
– Верно, – согласился я, – но с тех пор, как финикийцы придумали деньги, многие вопросы стали решаться просто. А с возникновением интернета все еще больше упростилось.
– Ясно, – процедила Кизякова. – Что вы от меня хотите?
– У Оксаны Гончаровой, биологической матери вашей внучки, родилось две дочки, – произнес я, – вопреки закону сестер разделили и не отправили, как положено, в один дом малютки. Почему вы взяли только Веронику? Отчего не удочерили и Светлану?
Екатерина Семеновна широко раскрыла глаза.
– Две девочки? Близнецы?
– Да, – подтвердил я. – Только они внешне друг на друга не похожи, двойняшки.
Хозяйка кабинета схватилась за щеки ладонями.
– Боже! Да никто понятия не имел о наличии у Ники сестры. Сейчас все вам как на духу расскажу.
Кизякова сняла со спинки стула жакет, накинула его на себя и завела рассказ.
У ее невестки и сына никак не получалось родить ребенка. Чего только они не перепробовали! И к врачам обращались, и по святым местам ездили, знахарей-колдунов посещали. Все попусту. Доктора разводили руками, все как один говорили:
– Вы оба совершенно здоровы.
Не понимаем, почему не наступает беременность.
Аля, невестка Екатерины, впала в глубокую депрессию. Никита, ее муж, стал задерживаться на работе. Домой он теперь приходил поздно, вид имел хмурый.
Алевтина рассказала свекрови, что Никита считает виноватой в отсутствии детей ее. Крепкое здание брака молодых Кизяковых дало трещину и зашаталось. Екатерина призадумалась. Алю она любила, как родную дочь.
