Или проблемы с братом отодвинули в сторону сердечные переживания. Все же смена обстановки пошла мне на пользу.
– Так о чем вы хотели поговорить? – нетерпеливо поинтересовалась Эсфер, когда мы немного отошли. Подозреваю, что ей хотелось остаться одной и переосмыслить недавний разговор с Олафом.
Я бы предпочел отойти еще дальше, но пришлось удовлетвориться тем, что мы удалились от камней и незаметно подслушать нас не могли.
– Я видел у вас кинжал Морууза. Расскажите о нем. Откуда он у вас?
Несколько мгновений она смотрела на меня, словно не понимая, о чем речь, а потом в ее глазах стал зарождаться гнев.
– И это ваше срочное дело?! Вы издеваетесь?
– Почему же.
– Ну, знаете…
Меня одарили таким уничтожающим взглядом, что будь я деревом, уже бы обратился в пепел. Эсфер зашипела, словно рассерженная кошка:
– Поверить не могу! Вернее, никогда бы не подумала, что вы станете вмешиваться в личный разговор, который вас никоим образом не касался, по столь незначительному поводу!
– Отчего же.
К работам мастера Морууза я отношусь весьма серьезно, – сдержанно ответил на это, всеми силами стараясь удержаться от улыбки. Непостижимым образом я получал огромное удовольствие, дразня ее.
Мне все же не удалось полностью скрыть свои эмоции, и Эсфер оскорбилась:
– Вы смеетесь надо мной? Я вас забавляю? Или подслушанный разговор вас настолько развлек?
– Эсфер, подождите, – остановил ее, пока она себя еще больше не накрутила и не наговорила чего сгоряча.
– Признаю, я стал невольным свидетелем вашего личного разговора и понял, что вас нужно срочно спасать от этого идиота.
– С чего вы взяли, что я нуждалась в спасении? – задиристо вскинулась она, но тут же заинтригованно спросила: – И почему вы называете Олафа идиотом?
– Потому что только идиот мог обидеть вас. Я понял, что он предал ваше доверие. Не знаю, какие у вас были отношения, но он вам небезразличен. Только предательство близкого человека простить можно, а вот забыть о нем – никогда.
И лишь идиот может надеяться, что после этого отношения останутся прежними.
Из Эсфер словно весь воздух выпустили. Она отвернулась, смотря в сторону, а потом тихо произнесла:
– Олаф был другом моего брата. Я знала его с детства. Он дарил сладости, мелкие подарки. Я не ожидала от него ничего плохого.
– Понимаю вас. Я вот от своего брата тоже не ожидал… Как видите, даже самые близкие люди порой могут неприятно удивить.
