Про себя чертыхнувшись, он вышел из магазина и направился к дому.
Матвей со своей выходкой никак не шел из головы. Теперь к злости на его поступок примешалось осознание того, что он лишился основного источника дохода. Опять копеечные гонорары, опять считать гроши. Ну и ладно! С последней акции он получил достаточно. Одел всю семью, кое-что в дом приобрел, а самое главное — купил отличную квартиру, в которой сейчас шел ремонт. Жаль, что может не хватить денег на то, чтобы сделать все так, как хотелось.
Наплевать! Продадут старую квартиру, и как раз хватит денег на новую мебель. И еще останется. Ничего. Будет спокойно писать книги. Сюжетов теперь, слава Богу, хоть отбавляй. Может быть, оно и к лучшему. Побаловался, заработал денег и вышел сухим из воды. Да за это не ругаться надо, а свечку в церкви ставить.
Дома попробовал сесть за компьютер, но текст не шел — как отрубило. Потом вспомнил про конверт в кармане дубленки. Проклятый Матвей! Из-за него чуть не оставил у себя такую улику! Достал конверт и несколько секунд подержал его в руках.
Сейчас самое разумное было порвать бумаги в клочья и спустить в унитаз. Но Пашков рассудил, что десять минут ничего не изменят. Вернулся в комнату и вытряхнул содержимое конверта на диван рядом с собой.
Несколько листков бумаги и парадная фотография, аккуратно вырезанная из листа мелованной бумаги, скорее всего из предвыборного плаката, которыми обвешивают заборные щиты и стены в избирательных штабах. Молочков Геннадий Ермолаевич.
Сорок второго года рождения. Не мальчик… Коммунист со стажем. Активно поддерживает… Болеет… Борется… Выступает за… Выступает против… Это все лирика. Все эти тексты, похоже, для всех сразу пишет один человек и не особо при этом утруждается. А что — хорошая работенка. И денежная. Можно попробовать. Тут чего ни напиши — все в строку. И нигде нет подписи, кто сочинил. Теперь придется искать денежный приработок, и такой не хуже всяких прочих.
Пашков перебрал остальные бумаги, отпечатанные на лазерном принтере.
Шрифт стандартный, без выраженных дефектов и индивидуальных особенностей вроде западающей буквы или кривой перекладины у буквы «т», по которым еще несколько лет назад, а может быть, и сейчас разыскивают желающих остаться анонимными авторов, пользующихся пишущими машинками. Найти аппарат, на котором он сделан, невозможно. Век всеобщей стандартизации и унификации наступает. Даже в одежде властвует стиль унисекс.
